Sidebar

Горжусь, что я – россиянин

А. Суворов

Недавно в центре Москвы, напротив Храма Христа Спасителя, был установлен памятник Государю Александру II, на котором начертаны следующие слова: «Отменил в 1861 г. крепостное право в России и освободил миллионы крестьян от многовекового рабства».

Многовековое рабство русских крестьян, мягко говоря, - преувеличение. Крепостное право было необходимым институтом в условиях перманентной внешней агрессии, отражение которой актуализировало необходимость больших военных расходов, которые государство самостоятельно потянуть не могло.

«Крестьянина прикрепили, что бы он кормил помещика, ратного человека, которого иначе бедное государств содержать не смогло»[1].

Государство не могло позволить и свободный переход крестьян от помещика к помещику, в результате чего некоторые помещики - нерадивые хозяева могли лишиться средств к существованию, а ведь, несмотря на свою бесхозяйственность, они могли быть отличными воинами, а это было решающим для государства. Крестьяне содержали помещика, помещик служил государству, по такой формуле существовало крепостное право. По сути, крестьяне были крепостными помещика, а он был крепостным государя. Иначе в условиях постоянной военной агрессии не выжили бы ни крестьяне, ни помещики, никто.

Причем санкции за отказ от службы были довольно жесткими. Так вплоть до 1754 г. недоросли из дворян за неявку вовремя на военную службу посылались в солдаты или матросы. Крепостное право не было рабством в смысле эксплуатации одной части общества другой частью общества. Крепостное право было необходимой формой существования социума в условиях постоянной геополитической напряженности.

А теперь важная дата - 1762 год. В этот год издается манифест о вольности дворянства, принятом во время краткосрочного и незначительного царствования Петра III и подтвержденного Екатериной II. Дворянам было позволено не служить государству и не обязательно быть ратным человеком.

Начиная с этого года, крепостное право превратилось действительно в то, что можно ассоциировать с рабством и стало тормозом в развитии общества.

«До Петра III, рас­крепостившего служилый класс, крепостного права почти не существовало: оно было общим. И дворянин, и пахарь, и царь, по за­мыслу Петра Великого, были скованы до гроба государственной работой. Никому не разрешалось ничего не делать, никто — под страхом тяжелых кар — не мог быть паразитом общества… Но вторжение иноземцев все испортило. Петр III раскрепос­тил дворян, позабыв при этом раскрепостить народ. Коренному немцу хотелось видеть вокруг себя феодалов, и вот сто тысяч дворян были посажены на готовые хлеба. Тогда именно, мне кажется, и началось свинство русской жизни, подготовившее нашествие бесов»[2].

Таким образом, крепостное право, как рудимент просуществовало менее 100 лет (1762-1861 гг.). Оно было несовместимо не только с экономическим прогрессом, но и ментально не соответствовало таким качествам русского характера как сострадание и стремлению к равенству.

«Русские моральные оценки в значительной степени определялись протестом против крепостного права. Это отразилось в русской литературе. Белинский не хочет блаженства для себя, для одного из тысячи, если братья его страдают. Н. Михай­ловский не хочет прав для себя, если мужики не имеют прав. Все русское народничество вышло из жалости и сострадания. Кающиеся дворяне в 70-е годы отказыва­лись от своих привилегий и шли в народ, чтобы ему служить и с ним слиться. Русский гений, богатый арис­тократ Л. Толстой всю жизнь мучается от своего приви­легированного положения, кается, хочет от всего отка­заться, опроститься, стать мужиком»[3].

И, наконец, нельзя не упомянуть о вполне объяснимой тенденциозности советских учебников, в которых рассказывалось о забитости крестьянина, обусловленного многолетним рабством. В действительности по переписи 1858 г. крепостные составляли немногим более трети населения - 34 %[4].

Стоит упомянуть также, что современное общество выходцев из Европы в США без всяких моральных проблем триста лет использовало рабство, считаясь при этом идеалом демократии. Но в то же время, с Запада осыпали про­клятиями «деспотическую Россию» за крепостное пра­во, просуществовавшее очень недолго и лишь в цен­тральных областях. Основатель теории гражданского общества английский философ Джон Локк помогал со­ставлять конституции рабовладельческих штатов США и вложил все свои сбережения в работорговлю[5].

 


[1] Соловьев С.М. Чтения и рассказы по истории России. – М., 1989. – с. 431.

[2] Меньшиков М. О. Письма к русской нации. – М., 2000. — с. 47.

[3] Бердяев Н. А. Русская идея. – М., 2000. – с. 85.

[4] Воловикова М.И. Представления русских о нравственном идеале. – М., 2004. – с. 72.

[5] Кара-Мурза С.Г. Истмат и проблема восток-запад. – M., 2001. – 26.

Похожие статьи:


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 103 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

nationaldoctrine

nationaldoctrine

Интересные статьи

Ступень № 4 «Нравственность»

Существует последний исключительно человеческий атрибут – нравственность. Нравственность самое сложное образование из всех человеческих атрибутов является видоспецифическим признаком человека.

Этап формирования нравственность был важной ступенью в развитии человечества. Созревает нравственность довольно поздно. Поведение маленького ребенка пронизано эгоистичным и гедонистическим началом, лишь впоследствии он начинает понимать смысл таких понятий как «долг», «ответственность» и др.

Можно полностью согласиться с немецким психологом Эдуардом Шпрангерем считавшим, что ценностные ориентации как целостные образования окончательно сформировываются у ребенка лишь в подростковом возрасте. В этом возрасте человек впервые задается вопросом о смысле своего существования, расставляет жизненные приоритеты, определяет для себя глобальные цели, к которым стоит стремиться.

Средние века стали и для человечества этапом формирование нравственных основ. Конечно, нельзя сказать, что до этого нравственности не было, а на этом этапе она вдруг появилось, нравственность – неотъемлемый атрибут человека. Но Средние века в нравственном аспекте период особый. Зарождаются и получают свое распространение мировые религии. На смену разрозненным, часто противоречивым системам нравственности приходят всеобъемлющие законченные этические доктрины. Власть их огромна. Люди тысячами уходят на религиозные войны, умирают ради распространения своей веры. Императоры стоят на коленях и вымаливают прощения у религиозных руководителей.

Многим известно выражение «идти в Каноссу», т.е. в переносном значении согласиться на унизительную капитуляцию. Речь в этом выражении идет о замке в Северной Италии, где в январе 1077 г. отлученный от церкви император «Священной Римской империи» Генрих IV униженно вымаливал прощение у римского папы Григория VII. Генрих IV три дня в одежде кающегося грешника простоял у стен Каноссы, добиваясь приёма папой.

Четвертая элитарная цивилизация была представлена различными европейскими народами, но ведущую роль в этом конгломерате играла романская раса. На Западе и в России распространилось христианство, которое играло огромную роль в жизни общества. За европейскими народами последовали народы Востока, где зародился и стал распространяться – ислам. Мировые религии упорядочивали духовную жизнь общества, всячески способствовали духовному росту, как отдельных людей, так и всего общества.

По сути, христианство стало первой мировой религией. Обычно к мировым религиям относят еще и буддизм. Однако, отнесение буддизма наряду с христианством и исламом к мировым религиям довольно спорно. Дело в том, что буддизм в основном распространен только в одном ограниченном регионе и среди представителей одной большой расы – монголоидной[1]. Религия считается мировой, если она распространена среди различных этносов, поэтому буддизм – мировая религия. Но если расширить классификацию и не ограничиваться делением только на национальные и мировые религии, то можно отнести буддизм к расовой религии.

К этому стоит добавить, что громадное количество направлений буддизма имеют между собой очень мало сходных черт, ввиду того, что в буддизме не существует сравнимое с христианство или исламом Священное Писание. Объединяет буддийские учения в основном признание Будды высшим существом.

Перед тем как перейти к следующему этапу в развитии человечества, нам необходимо рассмотреть давний спор антиисторизма и историзма.

 


[1] СПРАВКА. Буддизм возник в древней Индии в 6—5 вв. до н. э. и в. Основателем буддизма считается индийский принц Сиддхартха Гаутама, получивший впоследствии имя Будды, то есть пробужденного, просветлённого. Буддизм наиболее распространён в Китае, Японии, Монголии, Вьетнаме, Корее, Мьянме, Таиланде, Камбодже. В Индии буддизм исповедуют всего около 1% населения, распространен также буддизм у сингал Шри-Ланки.

Социальная структура общества

Общество – довольно сложный социальный организм. Организм предполагает наличие структуры. Структура, помноженная на индивидуальные особенности каждой личности, порождает иерархию. Иерархии бывают разные: властные, культурные, спортивные и мн. др. Но основной социальный водораздел – власть имущие и не имеющие власти. И здесь мы приходим к простому тезисунеравенсво ьсво предполагает наличие структуры — обществом всегда руководит господствующий класс. В общем-то, это очевидно, никогда более или менее большим коллективом не руководят все, будь это большое предприятие или Государственная Дума.

Социальная структура общества. В этом отношении можно полностью согласиться с элитологами, в частности с одним из родоначальников элитологии, итальянским социологом Гаэтано Моски, который формулировал свое кредо следующим образом:

«Одно становится очевидным даже при самом поверхностном взгляде. Во всех обще­ствах, начиная с едва приближающихся к цивилизации и кончая совре­менными передовыми и мощными обществами, всегда возникают два класса людей — класс, который правит, и класс, которым правят. Первый класс, всегда менее многочисленный, выполняет все политические функции, монополизирует власть, в то время как другой, более многочисленный класс, управляется и контролируется первым, причем таким способом, который обеспечивает функционирование политического организма»[1].

Господствующий класс – это слой общества, реально управляющий обществом, вне всяких моральных или иных качественных характеристик. Существует единственное свидетельство принадлежности к господствующему классу – высокий индекс власти — I (формула 1):

Где: К – количество людей, которые будут исполнять волю данного индивида, а О – количество членов общества. У вождя племени, насчитывающего 70 человек, индекс власти 100 % (70/70×100 %), а у самого бесправного члена племени индекс власти 0 % (0/70×100 %)[2].

Господствующий класс должен выполнять определенные социальные функции, важнейшими из которых являются: тактическое управление, стратегическое прогнозирование, формирование духовной сферы общества.

Оперативное и тактическое управление включает широкий спектр разнообразных задач. Например, организация и поддержание внутреннего порядка или организация общества для решения социально значимых задач (индустриализация) Сюда же входит формирование внешней политики (организация общества для отпора внешней агрессии).

Стратегическое планирование – это, прежде всего, определение стратегических целей развития общества (наша цель – коммунизм), а также среднесрочных целей (пятилетки).

Формирование духовной сферы общества. Господствующий класс всегда определяет контуры общественной морали (кодекс строителя коммунизма), а также формирует и прививает обществу определенные эстетические вкусы.

Но как становятся членом господствующего класса? Вопрос о власти есть основной вопрос политики. Английский философ Бертран Рассел считал власть фундаментальным понятием науки об обществе в том же смысле, в каком энергия является фундаментальным понятием физики, а для немецкого социолога Макса Вебера политика:

«означает стремление к участию во власти или к оказанию влияния на распределение власти, будь то между государствами, будь то внутри государства между группами людей, которые оно в себе заключает»[3].

Властная селекция — форма вертикальной социальной мобильности, связанная с получением высшей власти.

Понятие «властная селекция» связана с понятием «вертикальная социальная мобильность» — социальной мобильностью, связанной с перемещением индивида или группы в системе социальной иерархии, включая изменение социального статуса. Но если вертикальная социальная мобильность отражает перемещение в системе социальной иерархии, то властная селекция, являясь формой вертикальной социальной мобильности, отражает перемещение в сферу высшей власти.

В достаточно большом и стабильно развивающемся обществе возможны три типа властной селекции: родократия, капиталократия, политократия (рис. 4).

Родократия. При родократии власть передается по наследству. Вместо понятия «родократия» чаще использует понятие «монархия». Однако монархия есть только одна из форм родократии. Формами родократии, помимо монархии, является аристократия (власть родовой знати) и кланократия (власть клана).

Капиталократия – власть людей, обладающих крупным капиталом. В античной философии аналогом понятия «капиталократия» было понятие «олигархия», которым активно пользовались Платон и Аристотель, считавшие его одной из самых худших форм правления.

Политократия. При политократии люди получают власть благодаря продвижению в каком-либо государственном учреждении. Примером может служить карьера в КПСС, военная карьера римских императоров, религиозная карьера в эпоху Средневековья. Высшую власть при таком типе властной селекции получит тот, кто займет высший пост в соответствующем учреждении, будь то партия или армия.

*     *     *

Социальная структура общества. Социум не статичное образование, социум эволюционирует. Каков механизм поступательного развития всего человечества? Почему один период в истории человечества сменялся другим? В чем смысл истории развития человечества? Анализу этих вопросов посвящена следующая глава, которая очень важна для понимания сути миссии новой элитарной цивилизации, которой может стать Россия.


[1] Цит. по Ашин Г.К. Основы политической элитологии. – М., 1999.- с. 26.

[2] Конечно, пример гипотетический. У вождя нет полной власти над всеми членами племени, да и настолько бесправного, чтобы никто его не слушал, члена племени, как правило, не бывает. Но не в этом суть, а суть в том, что индекс власти может колебаться от 0 % до 100 %, и чем ближе к 100 % тем с большим основанием можно сказать: этот человек принадлежит к господствующему классу.

[3] Вебер М. Избранные произведения. – М., 1990. – с. 697.

Идеи консерватизма

Хранить свое прошлое является долгом каждого народа

К. Леви-Стросс

Актуален ли консерватизм? Нужен новый путь развития, не нужно идти назад, нужно идти вперед, но идти по новому пути. Никакого возврата назад, никакого консерватизма, нужно идти вперед, к новым победам.

Идеи консерватизма. Если человек сбежал из плена и попал и попал в яму, из которой не браться, ему грозит голодная смерть. Но это не значит, что лучший для него вариант – это плен, лучший для него вариант - обойти яму и пойти другим путем. Общество сильно изменилось в XIX-XX веках. Старые идеалы стали неадекватны этому новому обществу, и были низвергнуты, а новые не появились, и сегодня мы живем в мире, лишенном идеалов. Миру нужны новые идеалы, соответствующие новому этапу развития человечества. Необходимы новые ценности, новые ориентиры, новые принципы построения государства, экономики, религии и т.д.

«Мы живем в один из тех исторических периодов, когда на время небеса остаются пустыми. В силу одного этого должен изменится мир»[1].

Западные ценности главенствуют в мире, потому что четко не сформулированы ценности альтернативные.

«Триумф Запада, западной идеи очевиден прежде всего потому, что у либерализма не осталось никаких жизнеспособных альтернатив… То, чему мы, вероятно, свидетели, — не просто конец холодной войны или очередного периода послевоенной истории, но конец истории как таковой, завершение идеологической эволюции человечества и универсализации западной либеральной демократии как окончательной формы правления»[2].

 


[1] Лебон Г. Психология народов и масс. – М., 1995. - с.36.

[2] Фукуяма Ф. Конец истории? // Философия истории. Антология. - М., 1995. - с. 290-291.

the-soviet-union

nationaldoctrine-foto.jpg