Sidebar




О двух тиранах, поделивших Европу. Гитлер проиграл войну, поэтому, сегодня, как выяснилось, все европейские страны были против гитлеровской Германии, и только СССР подписывал соглашательские договоры с Германией. Но так ли это все на самом деле? Перенесемся в ту эпоху.

Сегодня не очень любят вспоминать, но Черчилль до того, как стал премьером Великобритании, восхищался Гитлером и жалел, что такого лидера нет в Великобритании. В книге губернатора Египта, в то время английской колонии, Гитлер обвинялся в клятвопреступлении за то, что он долго не нападает на СССР, «врага западной цивилизации». Со своей стороны Гитлер считал, что англичане - расово близкий народ, не в пример славянам: «Англичане – это братский народ, а узы братства надо укреплять»[1].

От фантазий и реверансов Англия и Франция перешли к составлению конкретных планов агрессии. 19 декабря 1939 г. принято решение о подготовке военного нападения на СССР, а 5 февраля верховный совет союзников постановил отправить англо-французские войска в Финляндию. Предполагалось нанести удар по Ленинграду и Мурманску. На 12 марта была намечена отправка судов, на 20 марта высадка войск. Предполагалось так же нанести удар по южным границам СССР, планировалась бомбардировка Баку, Майкопа, Грозного, с последующей высадкой сухопутных войск под командованием генерала Рейгана.

И это были не только планы и пустые слова. Франция и Англия вели себя с СССР демонстративно агрессивно, в 1940 посол СССР во Франции был объявлен персоной нон грата, затем, по инициативе Франции и Англии, СССР исключили из Лиги наций. Были отвержены наши предложения о коллективной безопасности в Европе, исключающие агрессию любой страны.

Раздел Европы. Когда же в Англии и Франции поняли, что соглашательская политика может плохо кончится для них самих, они очень неохотно пошли на переговоры с Советским Союзом. Но эти велись для видимости, в целях получения новых козырей в игре с Германией. Франция и Англия демонстративно присылали в Советский Союз чиновников низкого ранга, не наделенных никакими полномочиями.

«Установка была сформулирована в кабинете Чемберлена следующим образом: «если Лондону не уйти от соглашения с Советским Союзом, британская подпись под ним не должна означать, что в случае нападения немцев на СССР, англичане придут на помощь жертве агрессии и объявят Германии войну. Мы должны зарезервировать возможность заявить, что Великобритания и Советский Союз по-разному толкуют факты»[2].

В то же время за спиной Советского Союза велись тайные переговоры «расово-близких народов». 29 июня 1939 г. британский министр иностранных дел Галифакс от имени своего правительства выразил готовность договориться с Германией по всем вопросам, «внушающим миру тревогу». Принимается решение предложить Гитлеру раздел мира на две сферы влияния: англо-американскую — на Западе и германскую — на Востоке. Известно, что на 23 августа была назначена встреча премьер-министра Великобритании Чемберлена с Герингом. Немецкая сторона отказалась от этого «саммита» буквально в последнюю минуту.

«В донесении советской разведки Сталину отмечалось: «Перед встречей в Берхетесгадене министр иностранных дел Галифакс 12 сентября 1938 года в беседе с премьером Чемберленом заявил: «Я сумею убедить его (Гитлера), что у него имеется неповторимая возмож­ность достичь англо-немецкого понимания путем мирного решения чехосло­вацкого вопроса. Обрисую перспективу, исходя из того, что Германия и Англия являются двумя странами европейского мира и главными опорами против коммунизма и поэтому необходима мирным путем преодолеть наши нынешние трудности (…). Наверное, можно будет найти решение, приемлемое для всех, кроме России».[3].

А потом европейские страны повально стали подписывать с Германией договоры о ненападении, дружбе или договоры, откровенно направленные против СССР. 25 ноября 1936 г. в Берлине между Германией и Японией заключается антикоминтерновский пакт. Впоследствии к этому пакту присоединились Италия, Венгрия, Финляндия, Хорватия, Дания, Румыния, Словакия и Болгария. 22 марта 1938, договор о ненападении с Германией подписывает Франция. Аналогичные договоры подписывают с Германией: Польша, Латвия, Эстония.

«После подписания 8 декабря 1938 года Францией с Германией декларации о ненападении министр иностранных дел Франции Жорж Бонне сказал: «Гер­манская политика отныне ориентируется на борьбу против большевизма. Германия проявляет свою волю к агрессии на Востоке»»[4].

У СССР нее было никаких альтернатив по подписанию договора о ненападении с Германией, который Советский Союз подписал одним из последних - 24 августа 1939 г.

«английские исследователи Э. Рид и Д. Фишер — также полагают, что в условиях военно-политической изоляции СССР в 1939 г. у Сталина не было иного выбора. Они пишут, что, не придя к согласию с Лондоном и Парижем и располагая информацией о начале германской агрессии против Польши, Сталин понял, что «все его надежды тщетны» и что «менее чем за неделю до нападения на Польшу не удастся добиться заключения антигитлеровского соглашения с Англией и Францией». «А тем временем Гитлер может совершенно безнаказанно начать свое наступление на восток — и кто знает, как далеко он зайдет?» — размышлял Сталин. Надо было принимать решение. И он сделал свой выбор: идти на сближение с Германией. «Совершенно очевидно, — отмечают историки, — что в тех условиях это был единственный оставшийся у Сталина шанс обеспечить безопасность своей страны»[5].

С помощью пакта о ненападении СССР получил временную передышку, необходимую для подготовки к отражению агрессии. С помощью пакта нам также удалось расколоть военный союз Германии и Японии, т. к. Германия не согласовала свое подписание с Японией. Это привело к уменьшению возможности войны на два фронта, были отодвинуты западные рубежи СССР.

Геополитический расклад предвоенного времени был таков: большинство стран Европы были настроены враждебно по отношению к СССР, стремились к союзу с очередным Наполеоном и хотели участвовать в разделе территории «врага европейской цивилизации» - СССР. Но благодаря блестящим дипломатическим победам советского руководства, нам удалось в некоторой степени ослабить единство антисоветской коалиции.

Стоит обратить внимание на то, что СССР подписал договор о ненападении последним. Соглашательская политика большинства европейских стран не оставила нам другого выбора.

 


[1] Гитлер 1939 г

[2] Война могла быть закончена в 1943 году. Беседа доктора исторических наук В. Фалина с военным обозревателем агентства В. Литовкиным. РИА Новости. 2005

[3] Глобальный империализм и ноосферно-социалистическая альтернатива. Субетто А. И.– СПб., 2004. – с. 29.

[4] Глобальный империализм и ноосферно-социалистическая альтернатива. Субетто А. И.– СПб., 2004. – с. 29.

[5] Пакт Молотова – Риббентропа дипломатический успех, трагическая ошибка или сговор? Шепова Н. Военно-промышленный курьер № 33 (50) 01 – 07.09.2004


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас на сайте 258 гостей и нет пользователей

nationaldoctrine

nationaldoctrine

Интересные статьи

Определить производительность труда

На Западе работают лучше всех? Часто приходится слышать, что на Западе высокий уровень производительность труда, мол, хорошо работают, поэтому они хорошо живут. Действительно западные народы нельзя назвать ленивыми, но только ли в этом кроется высокий уровень производительности труда?

Действительно ли на Западе, и в частности в США, так хорошо работают? Что же такое производительность труда? Как связана производительность труда с тем, что мы обычно вкладываем в понятие «хорошая работа». Для ответа на этот вопрос нам необходимо понять, что значит лучше работать? Исследователи быта народов Латинской Америки часто рисуют следующую картину работы латиноамериканских крестьян: труд с утра до ночи, напряженность которого такова, что по окончанию трудового дня люди падают замертво. И, несмотря на интенсивность своего труда, крестьяне еле сводят концы с концами, а основу их рациона составляет кукуруза. Мясо только по праздникам. Почему же столь напряженная работа не делает крестьян богатыми?

Производительность труда часто путают с интенсивностью труда и ставят знак равенства между понятием «производительность труда» и формулировкой «на Западе качественнее и больше работают». Интенсивность труда – степень напряжённости труда, т.е. затраты работником физической, умственной и нервной энергии за единицу рабочего времени. Для соотнесения понятий «производительность труда» и «интенсивность труда» приведем следующий пример. Танкист будет исполнять работу лучше, чем стрелок из лука не потому, что он больше «работает» (лучник может как раз тратить энергии гораздо больше), а потому что в его распоряжении танк.

Определить производительность труда. Обратимся к экономической теории, производительность (ПТ) труда можно выразить следующим образом (формула 2):

ОП = ПТ / Т   (2)

где ОП — оборот или объем продукции; Т – затраты труда. Трудозатраты могут измеряться в человеко-часах, человеко-днях, средней списочной численности персонала.

Как повысить производительность труда? Наиболее простой ответ: необходимо сделать максимальным числитель (ОП) в формуле 2. Например, страна Альфония и Бетония производит по 10 стульев. Но Альфония — член важного экономического союза, что позволяет ей продавать свои стулья по 50 рублей, а Бетония, завоевывая рынок, может продавать свои стулья лишь по 25 рублей. Совокупная выручка у Альфонии 500 рублей за 10 стульев, а Бетонии только 250 рублей. Если затраты труда у этих стран одинаковы, то производительность труда в Альфонии в 2 раза выше чем в Бетонии.

Запад построил такую модель взаимоотношений с другими народами, когда весь мир работает на Запад, получая при этом лишь крохи. Например, ни одна пара джинсов, традиционной американской одежды, не шьется на территории США. Последний фирмой, перенесшей свое производство в страны третьего мира (Бангладеш, Китай и др.), оказалась «Леви Страусс энд компани». Поэтому людям, любящим все фирменное и покупающим джинсы в фирменном магазине «Леви Страус», необходимо знать, что они покупают фирменные бангладешские джинсы. Более того, по данным Американской ассоциации производителей одежды и обуви, 96 % всей одежды, приобретенной в США, было изготовлено в других странах[1]. Как высказался владелец компании по производству джинсов Р. Россо, мы не продаем джинсы, мы продаем стиль жизни[2]. Действительно, они не производят, и не торгуют, и даже не перевозят, они только создают рекламные ролики.

Существует и другой метод повышения производительности: необходимо сделать минимальным знаменатель (Т) в формуле 2. Например, Альфония и Бетония производят по 20 стульев и продают по цене 50 рублей за стул. В этом они равны. Но Альфония отнимает у Бетонии 10 стульев, в результате Альфония за отчетный период производит 30 стульев, а Бетония лишь 10. Производительность труда в Альфонии выше, чем в Бетонии в три раза.

Когда мы говорим о высокой производительности труда в западных странах, нельзя упускать из вида то обстоятельство, что во многом западная экономика была построена за счет громадных капиталов, которые страны Запада выжимали из своих колоний, а колониями западных стран был весь мир, исключая Россию.

По данным французского историка Фернана Броделя, Англия в середине XVIII века ежегодно инвестировала в свою экономику 6 млн ф. ст., и треть этих инвестиций, т.е. 2 млн ф. ст., ежегодно извлекались только из одной Индии:

«Капитализм является порождением неравенства в мире; для развития ему необходимо содействие международной экономики… Он вовсе не смог бы развиваться без услужливой помощи чужого труда»[3].

Эта колониальная система во многом не разрушена и сегодня, только военный диктат заменен на диктат экономический. По разным оценкам доля ВНП западных стран, полученных за счет неэквивалентного обмена и использования дешевой рабочей силы в странах третьего мира, колеблется на уровне 30-40 %. Поэтому либеральные экономисты так опасаются изменений в мировом хозяйстве:

«Сегодня экономика Европы в большой степени основывается на включении в мировое хозяйство в качестве поставщиков различного сырья обширных регионов Африки и Азии. Это сырье не отнимают силой. Оно не взимается как дань, а передается в ходе добровольного обмена на промышленные товары из Европы. Таким образом, отношения не строятся на каком-либо преимуществе, напротив, они имеют взаимовыгодный характер и население колоний извлекает из них столько же выгоды, сколько и население Англии или Швейцарии. Любое прекращение этих торговых отношений нанесло бы серьезный экономический ущерб как Европе, так и колониям, и привело бы к резкому падению уровня жизни большого числа людей. Поскольку медленное распространение современных экономических отношений по всему свету и постепенное развитие мировой экономики было одним из наиболее важных источников увеличения богатства за последние полтора столетия, то поворот этой тенденции вспять стал бы для мира экономической катастрофой невиданных доселе масштабов»[4].

Оставим на совести автора приведенной цитаты – Мизеса, рассуждения о «добровольном обмене с колониями». Важен вывод разрыв этого «добровольного обмена» приведет к катастрофе невиданных масштабов.

Определить производительность труда. На Западе стали богато жить не тогда, когда стали хорошо работать, а тогда, когда стали грабить весь мир. И на Западе это хорошо знают, пусть и на уровне подсознания. Это должны хорошо понимать и мы, чтобы делать правильные выводы.

 


[1] Руководство выпускающей их компании объявило, что ликвидирует все свои предприятия в Северной Америке. (ИТАР-ТАСС. 09.10.2003).

[2] Вернер К., Вайс Г. Черная книга корпораций. – М., 2007. – с. 41.

[3] Кара-Мурза С. Манипуляция сознанием. - М., 2000. - с. 196.

[4] Мизес Л. Либерализм. - М., 2001 – с. 122-124 .

Может не все так плохо?

Но и есть положительные примеры. Большее количество человек получает образование. Для всех стал доступен театр. Может не все так плохо, а то что плохо со временем пройдет?

Так существует ли примитивизация человека или нет? Для ответа обратимся к примеру. Можно бесконечно долго на основе наблюдений за волком спорить, ест ли он мясо. Одни свидетели будут утверждать, что сотни раз видели, как он это делает; другие скажут, что ни разу ничего подобного не замечали (и таких будет гораздо больше, ведь волк не все время ест). Так где же истина?

Вместо того чтобы анализировать различные случаи, надо обратиться к сущности волка. Может ли волк прожить без мяса? Нет! Значит, независимо от того, в каком состоянии видели его различные наблюдатели, он питается мясом.

То же и с примитивизацией — если существуют объективные законы примитивизации человека, то вне зависимости от примеров, примитивизация наличествует. Итак, каковы же общие закономерности примитивизации человека? Для того, чтобы ответить на этот вопрос, сначала выясним какова основная цель капитализма.

Марксизм и социализм

Как марксизм погубил социализм. Коммунистический анализ капитализма в узких рамках материалистического мышления оказался неверен. Капитализм — это необязательно нищета рабочих. Ущербность капитализма не в низкой производительности труда по сравнению с социализмом, а в том, что капитализм выродился в античеловеческую систему. Маркс также говорил об этом, но для него эта проблема имела второстепенный характер.

Мещанство. В результате, по прошествии времени, целью коммунистического учения стало построение мещанского общества, что вполне естественно для материалистической идеологии, а главными ценностями этого общества являлись колбаса и хрусталь. Описывая советскую интеллигенцию, английский ученый Р. Саква пишет:

«…Коммунистический режим породил своеобразный парадокс: миллионы людей являлись буржуа по своей культуре и устремлениям, но были включены в социально-экономическую систему, отрицавшую эти устремления»[1].

В результате на практике с вещизмом в СССР боролись и осуждали, высмеивали мещанство, но в то же время фундаментом мировоззрения была материалистическая, а по сути — мещанская идеология. В СССР сложилась раздвоенность базовой теории и практики. Образно говоря, мы пытались построить из деталей велосипеда книжный шкаф, при условии, что отказаться от деталей велосипеда нельзя и их обязательно необходимо использовать при сборке шкафа. Естественно, что процесс такого ваяния был далек от эффективности.

Интернационализм. Возникновение наций, согласно марксизму, обусловлено, в первую очередь, материальным фактором. Когда исчезнут материальные предпосылки, исчезнут и этнические образования.

Маркс считал, что националист и социалист — непримиримые понятия. Истинность убеждений социалиста, по мнению Маркса, надо проверять на национальном вопросе, у Маркса это называлось «щупать больной зуб». У Ленина это звучало несколько иначе: « …поскрести иного коммуниста — найдешь великорусского шовиниста» или «Марксизм выдвигает… интернационализм, слияние всех наций в высшем единстве…». У Ленина нет ни одной работы, которую он посвятил бы величию России. «Мировая революция», «Пролетарии всех стран, объединяйтесь» — вот цели большевиков. У выдуманного Марксом и Лениным пролетария не должно было быть Отечества, хотя у реального оно обычно имелось.

Конечно, переоценивать значение интернационализма не стоит. В коммунистической теории было одно, а в советской практике — другое. Несмотря на тезис о «праве наций на самоопределение, вплоть до отделения», коммунисты собрали в единое государство разваливавшуюся Российскую империю. А потом без лишних красивых слов присоединили территории, которые царская Россия потеряла во время войны 1905 г. с Японией.

Более того, позднее, в конце 1940-х годов, для слишком ярых интернационалистов был придуман термин «безродный космополит». Его автор — член Политбюро А. А. Жданов. В январе 1948 года, выступая на совещании деятелей советской музыки в ЦК КПСС, он говорил:

«Интернационализм рождается там, где расцветает национальное искусство. Забыть эту истину означает… потерять свое лицо, стать безродным космополитом».

Есть мнение, что Сталин понимал, что коммунистическую доктрину надо заменять национальной идеологией, но не успел этого сделать.

«Сталин и попытался (Солженицын совершенно прав) в срочном, аварийном порядке заменить его (коммунизм) другим идеологическим горючим — великодержавным национализмом, но не успел — умер…»[2].

Опять же, мы сталкиваемся с раздвоенностью теории и практики. От понятия «безродный космополит» Маркс, наверное, перевернулся в гробу. В результате у СССР сложилась национально-интернациональная система ценностей. Идеология коммунизма не стала национальной идеей, и именно поэтому мы так легко распрощались с коммунистическими идеалами в 90-х годах. Никто за них не боролся, они были чем-то чуждым, отвлеченным, не русским А ведь надо было сделать всего один шаг, но он так и не был сделан.

Нетрадиционная семья. Если откинуть различные цитаты из выступлений большевиков, прессы 20-х годов, которые могли бы быть продиктованы сиюминутными интересами, и разобраться в этом вопросе более основательно, то общность жен вытекает из марксистской теории. Семья, по азам марксизма, возникла как результат возникновения частной собственности.

«Моногамия возникла вследствие сосредоточения больших богатств в одних руках — притом в руках мужчины — и из потребности передать эти богатства по наследству детям именно этого мужчины, а не кого-либо другого. Для этого была нужна моногамия жены, а не мужа, так что эта моногамия жены отнюдь не препятствовала явной или тайной полигамии мужа»[3].

При коммунизме частной собственности не будет. Вывод о том, будет ли семья, напрашивается сам собой. Конечно, Маркс и Энгельс не призывают к так называемому групповому браку, но рисуется довольно странная семья. Дети будут воспитываться не родителями, а всем обществом, семейного хозяйства тоже не будет.

«С переходом средств производства в общественную собственность индивидуальная семья перестанет быть хозяйственной единицей общества. Частное домашнее хозяйство превратится в общественную отрасль труда. Уход за детьми и их воспитание станут общественным делом»[4].

Абсолютное игнорирование духовного, психического, да и вообще человеческого приводит к абсолютно оторванным от реальности выводам, например, что проституция порождена частной собственностью.

Конечно, в СССР никто не призывал к общности жен. Все было наоборот. За излишнюю половую активность можно было лишиться партийного билета, особенно это касалось партийной элиты, военных и сотрудников КГБ. Таким образом, мы опять сталкиваемся с раздвоенностью теории и практики.

Антигосударственная идеология. Идеи коммунизма нельзя ни развить, ни применить к нормальной жизни в государстве, ведь коммунистическая идея провозглашает отмирание государства («Социализм, ведя к уничтожению классов, тем самым ведет и к уничтожению государства»[5]).

По сути дела, эта идеология отрицает не только государство, но и саму партию как орган, руководящий историческим процессом, ведь, в соответствии с азами марксизма, не личности, а «народ — творец истории», история развивается только благодаря объективным факторам, субъективный, личностный фактор практически ничего не значит. Высмеивая это положение, один мыслитель заметил, что для протекания объективного процесса не нужно создавать партии. Например, затмение Луны — объективный процесс и оно произойдет независимо от того, будет ли создана партия, способствующая этому затмению. Переход от одной социальной системы к другой, революция — тоже объективные, закономерные процессы, и они в создании партии также не нуждаются.

Таким образом, государством у нас руководила партия, которая обслуживала идеологию, идеалом которой была ликвидация как государства, так и партии. Парадокс!

Утопизм. Мир меняется, а ущербная коммунистическая идея не способна к развитию. Мы 70 лет оперировали тезисами более чем вековой давности. У нас не было серьезных разработок ни в вопросах государственного строительства, ни в геополитике, ни в экономике, ни в психологии, ни в других областях. Сейчас в это трудно поверить, но один из самых низких конкурсов был в экономические вузы.

На Западе возникла советология, во всех тонкостях изучавшая наше общество, а мы все изучали в узких рамках марксизма-ленинизма. В результате мы пришли к тому, что Юрий Владимирович Андропов заявил: «Мы не знаем общества, в котором живем». И это было правдой, но только половиной правды. Мы-то не знали общества, в котором жили, зато очень хорошо это общество знали и постоянно изучали наши враги на Западе.

И наша экономика стала неэффективной не потому, что социалистическая экономика неэффективна в принципе, а потому, что мы все чугун выплавляли, когда весь мир начал заниматься производством компьютеров. Пролетариат же гегемон, а если собирать компьютеры, куда его девать? Тот, кто собирает компьютеры, уже вроде и не гегемон, гегемон — это тот, кто выплавляет чугун. Пришлось выбирать: или гегемон, или компьютеры. Выбрали гегемона. Чем это кончилось и для гегемона, и для компьютеров, и для идеологии, и для страны в целом, мы прекрасно знаем.

Конечно, эта картина советской действительности является несколько упрощенной, но зато она верна и наглядна. Если до Маркса экономику страны оценивали преимущественно по производству сельхозпродукции, а в начале XX века — по степени развития тяжелой промышленности, то, начиная с середины XX века, постепенно становится доминирующим показатель развития наукоемких производств, а сегодня уже говорят о новой эпохе, где главное богатство страны будет составлять производство научной технологии и информации. Вряд ли кто-нибудь станет спорить с тем, что научную технологию и информацию производит не рабочий класс.

Почему же коммунистическая идея столь догматична? Сама по себе коммунистическая идея, т.е. не быть ни понята, ни развита. Особенно явственно это проявляется при анализе коммунистического идеала. Как можно построить общество, главный принцип которого: от каждого по способностям — каждому по потребностям? Известно, что удовлетворение одних потребностей порождает новые потребности. Общество, в котором могут быть удовлетворены все потребности, не может существовать в принципе.

Не каждый добровольно будет трудиться, используя все свои способности, т.е. работать «на полную катушку». Здесь можно вспомнить слова Г. Форда: «Только две вещи заставляют людей работать — заработная плата и страх ее потерять». Может быть, Форд в некоторой степени преувеличивал, но, несомненно, большинство людей никогда не будет добровольно работать, используя весь свой потенциал. Поэтому основной принцип коммунизма в высшей степени утопичен. Общество, в котором все будут получать по своим потребностям, построить невозможно, точно так же как и общество, где все будут работать, используя все свои способности.

Как могут отмереть деньги, государство, семья? Во все это поверить нельзя. И никто не верил. Люди шли в партию, т. к. она олицетворяла чистый, светлый идеал справедливости. Очень показательна в этом отношении сцена из фильма «Чапаев»: главный герой даже не знает, в каком «Интернационале» состоит Ленин. Когда же начал действовать принцип партийного отбора, при котором знание коммунистического идеала стало обязательным, мы получили коммунистов вроде Горбачева и Ельцина.

Коммунистическая идея утопична и поэтому не способна к развитию и приспособлению к нормальной жизни общества.

Таким образом, социализм и коммунизм как учения во многом являются разными идеологическими направлениями. В конечном счете, в СССР марксистская теория погубила социалистическую практику.

Мы легко распрощались с социалистическими завоеваниями, потому что не ценили их. А не ценили, потому что не понимали их суть. А не понимали их суть, потому что летали в облаках марксистских абстракций.

 


[1] Основы социологии и политологии / Под ред. Бороноева А. О. - М., 2001. - с. 79.

[2] Соловьев В., Клепикова Е. Юрий Андропов: Тайный ход в Кремль. (Впервые издана в 1983 г. в США.) М., 1995. С. 70.

[3] Маркс К., Энгельс Ф. Происхождение семьи, частной собственности и государства. Соч., т. 21. С. 78.

[4] Маркс К., Энгельс Ф. Происхождение семьи, частной собственности и государства. Соч., т. 21, С. 78–79.

[5] Ленин. В. И. Изб. пр-ия. Т. 6. Ленинград, 1934. С. 28.

the-soviet-union

national-doctrine.jpg