Sidebar

Больше всего русский человек любит ставить себя вне закона

и ругаться на то, что законы у нас не действуют

Н.А.

Рациональный и иррациональный типы восприятия действительности не соотносятся как лучшие и худшие, но это качественно разные типы восприятия действительности. Многими исследователями отмечалось, что русские недостаточно практичны и реалистичны в планировании деятельности и постановке целей, а при принятии решения преобладают интуитивные механизмы.

Мышление человека, обладающего разумом, не может быть полностью иррационально, тем не менее, сравнивая западный и русский психотип, можно говорить о большей степени иррациональности именно русского психотипа. Иррационализм, укорененный в русском психотипе, проявляется в повышении роли таких аспектов познавательная как интуиция, чувство, созерцание. По выражению Г. Кульчинского, для русского человека характерно «искание правды», но не «поиск истины[1]"

«Специалисты по соционике показывают, что в русском национальном характере преобладает эмоциональность, интуитивность, непред­сказуемость русской души, ее богатое воображение и со­зерцательность. Русский идеализм сочетал в себе опре­деленную умозрительность, возвышенный характер раз­мышлений, выразившихся в поисках правды и смысла жизни, оторвавшихся от практической обыденной жизни. Эта вера основывалась на развитом воображении, мифологичности, сказочности российского сознания»[2].

В противоположность западному менталитету мировоззренческие ориентиры русского менталитета смещены в иррациональную плоскость поэтому мы часто «выбираем сердцем»[3]. На Западе все просто и предельно рационально, так, например, американский экономист Р. Фэйер создал формулу для предсказания победы кандидата на президентских выборах в США. Ее основные элементы — рост доходов в течение шести месяцев до выборов и темп увеличения цен за два года, предшествующие выборам. С помощью этой формулы были успешно предсказаны результаты 13 из 16 президентских выборов.

Иррационализм. Русские - единственный этнос, который может голосовать за то правительство, благодаря политике которого снижается уровень жизни. Люди голосуют не потому, что им хорошо, а потому, что «не мы, так наши дети будут жить хорошо», «лишь бы не было войны», «не надо раскачивать лодку», «коней на переправе не меняют», «у нас нет альтернативы» и т.д. Существует еще множество подобных абстрактных лозунгов.

«Умом Россию не понять» очень точно подметил русский поэт Фёдор Иванович Тютчев, поэтому отставание России в сфере производства (XIX в. начало XX в.) компенсировалось развитой культурой, а наша литература всегда была предметом общеевропейской гордости.

Иррационализм русского психотипа очень тесно переплетается с таким качеством национального характера как стремление к великой цели, обывательская мишура томит русского человека.

Русскому национальному характеру присущ «разрыв между настоящим и будущим, исключительная поглощен­ность будущим, … облачение национальной идеи («русской идеи») в мес­сианские одеяния»[4].

Маниловщина, поглощенность будущим – питательная почва для деятельности политических сил, умеющих обещать. Можно просто обещать, что к такому-то году будет… И люди будут верить.

В российском психотипе, в отличие от западного, стремление к размышлению преобладает над стремлением к действию. Например, в американской культуре, которой вполне справедливо приписывают высокую степень рациональности, усилия индивидов «направлены на сбор информа­ции, релевантной принятию решения, интуитивные ас­пекты при этом исключаются. У русских есть тенденция собирать ненужную инфор­мацию, излишнюю для принятия решения. При приня­тии решения преобладают интуитивные механизмы»[5].

«Российское мышление характеризуется образностью, однако, значительные затруднения происходят при необходимости перевес­ти результат предчувствия в рациональную форму, кон­кретные решения. Созерцательность, мечтательность, вера в чудо, интуитивность мышления в сочетании с эмоциональ­ностью, ее ослабленной деловой логикой обусловливает неумение русского человека планомерно и последователь­но доводить начатое дело до конца, объясняет его увлеченность фантазиями и мечтами о «коммунистическом рае» или «мгновенном рыночном процветании» [6].

В России индивидуально-личностные отношения преобладают над формальными. В России мораль всегда ставилась выше, чем механические мертвые законы, и считалось, что судить необходимо «не по закону, а по совести». На Западе закон имеет гораздо более значимое место, чем совесть. Э. Дюркгейм считал, «что чем больше регламентированной жизни, тем больше жизни вообще»[7].

«Немецкий принцип «Kampf urns Recht» (борьба за право) столь же мало сходен его духу, как и английский «struggle-for-life» (борец за существование). Наш народ менее всего юридический или политический народ, в очень сла­бой степени — социально-экономический и в высочайшей — нрав­ственный и нравственно-религиозный»[8].

Неформализованость отношений очень тесно переплетается с коллективизмом, когда нация подсознательно отожествляется с семьей. Могут ли в семье быть законы, регламентирующие поведение отдельных её членов? Только между чужими людьми могут заключаться договора, между своими никогда, разве только в шутейной форме. Чем больше индивидуализма, тем большую роль играет закон, ведь он становится единственной защитой личности от посягательств других личностей. Особенно это актуально в обществе, в котором, по образному выражению английского философа Томаса Гоббса, «человек человеку волк».

«Русская интеллигенция всегда была занята решением вопросов о добре и зле, о свободе воли, о существовании Бога или уж (на тот случай, если его все-таки нет) об уста­новлении Царства Божьего на земле. И это в отличие от Запада, веками тщательно разрабатывающего правовую основу, регулирующую отношения между государством и обществом[9].

Иррационализм связан с таким качеством психотипа как русский авось. Августовские морозы, январские оттепели и т.д. приучили русского ждать от жизни какой-то непредвиденного подвоха, несовместимого с нормальной логикой. А раз так, то можно только надеяться, не пытаясь предугадать какое-либо жизненное событие.

 


[1] Кульчинский Г. Безъязыкая гласность // Век XX и мир. 1990. N. 9. С. 44 – 47.

[2] Кукушкин В. С., Столяренко Л. Д. Этнопедагогика и этнопсихология. – Ростов-на-Дону, 2000. - с.220-224.

[3] Лозунг президентской компании Ельцина 1996 года.

[4] Российская ментальность: Материалы «круглого стола» // Вопросы философии. — 1994. — № 1 — с. 25-53.

[5] Кочетков В. В. Психология межкультурных различий: Учеб. пособие для вузов. – М., 2002. – с. 33.

[6] Кукушкин В. С., Столяренко Л. Д. Этнопедагогика и этнопсихология. – Ростов-на-Дону, 2000.- с.220-224.

[7] На самом деле жесткая регламентация жизни способна вообще погубить жизнь, существует даже такой вид забастовки, когда служащие начинают детально выполнять все инструкции и это приводит к полному параличу работы.

[8] Философия нации и единство мировоззрения. П. Е. Астафьев. – М., 2000. - с. 45.

[9] Кановская М. Николай Бердяев за 90 минут. – М., 2006. – с. 74.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 30 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

nationaldoctrine

nationaldoctrine

Интересные статьи

Эгоизм и индивидуализм

Ошибочное отожествление коллективизма и альтруизма также довольно распространенное заблуждение.

Как мы помним, коллективизм – форма ценностных ориентаций, в основе которой лежит принцип «окружающие должны играть значимую роль в моей жизни». Индивидуализм – зеркальное отражение коллективизма.

Альтруизм – форма ценностных ориентаций, в основе которой лежит принцип «ради помощи окружающим я могу жертвовать собственными интересами». Эгоизм - зеркальное отражение альтруизма.

Коллективизм часто путают с альтруизмом, а эгоизм с индивидуализмом. Но это все разные феномены. Для анализа соотношения коллективизма и альтруизма обратимся к рис. 11.

Исходя из приведенных нами определений «коллективизма», «индивидуализма», «эгоизма» и «альтруизма», возможно четыре сочетания ценностных ориентаций.

Альтруист + коллективист («ради других» и «коллектив важен»). Люди с подобным сочетанием ценностных ориентаций посвящают свою жизнь служению обществу.

Эгоист + индивидуалист («ради себя» и «коллектив не важен»). Это эгоистичные индивидуалисты их кроме себя их мало что интересуют.

Возможны ли другие сочетания ценностных ориентаций? Например, разве может человек жить для себя, и в тоже время коллектив для него имеет значение? Может!

Альтруист + индивидуалист («ради других» и «коллектив не важен»). Это люди не живут ради себя, но и коллектив, общество для них не важны. Это защитники природы, борцы за права животных, т.е. те люди, которые посвящают свою жизнь не себе, но и не служению обществу. Парадокс заключается в том, что альтруисты могут не только не жить ради общества, а, напротив, бороться с ними, например, защищая права животных.

Эгоист + коллективист («ради себя» и «коллектив важен»). Такая жизненная позиция тоже имеет место в реальности. Интересы Николая ориентированы на коллектив, он решил посвятить жизнь служению коллективу и поэтому вступил в организацию, цель которой - помощь бедствующим людям. Петр тоже нуждается в коллективе, он карманник, а коллектив - источник его доходов. Таким образом, Николай и Петр обладают высокой степенью коллективизма, они не могут без коллектива. Но можно ли их «поставить на одну доску»?

«Коллективиста» Петра можно назвать «эго-коллективистом», для которых отношение к коллективу чисто потребительское — «Все с помощью коллектива, ничего для коллектива». Это карьеристы, тщеславные люди, люди, умеющие дружить «с кем надо».

Можно сказать, коллективисты могут иметь прямо противоположные ценностные ориентации: коллективист – «я для коллектива», эго-коллективист – «коллектив для меня». Аналогично и альтруисты могут иметь прямо противоположные ценностные ориентации. Одни могут жить ради общества, а другие с ним бороться.

Возвращаясь к кросс-культурному анализу, отметим, что в психологии западного человека в наибольшей степени представлен индивидуализм и эгоизм, в России все наоборот - альтруизм, как проявление духовности, и коллективизм.

Восток занимает промежуточное положение между Западом и Россией. Безусловно, Восток - коллективистская цивилизация и, в то же время, альтруизма там меньше, чем даже на Западе. Поэтому на Востоке так любят красоваться в коллективе с автоматами перед камерами, а потом при реальном сражении, когда уже необходим альтруизм, все разбегаются (рис. 12).

Одна из самых сильных армий Ближнего Востока без боя сдала весь Ирак, одна из самых фанатичных армий Средней Азии без боя сдала весь Афганистан. Да, американцы и их союзники были сильнее, но мы не можем сказать, что они победили хоть в одном сражении, никто не дал им боя. Никто не стоял насмерть под Багдадом, никто по этажам не сдавал каждый дом в Кабуле. Большой же отваги не надо, для того чтобы выступать в Internet и грозить взорвать Вашингтон или вообще всю Америку.

Что касается смертников, это тоже специфичное восточное явление и нередко оно обусловлено слепым фанатизмом. Героизм отличается от фанатизма своей осознанностью. Уходящие в последний бой японские камикадзе верили, что после смерти станут богами.

Израильские спецслужбы долгое время не могли понять, зачем смертники обматывают свой половой орган большим количеством материи. Потом выяснилось, что причина этого кроется в вере смертников в то, что в раю их ждет несколько десятков девственниц. Одной из причин грандиозного скандала 2006 года, названного карикатурным, стала карикатура на пророка Мухаммеда, на которой он говорит, что девственниц для взрывников-смертников в раю уже не хватает. Подлинный герой, а не фанатик жертвует жизнью «За родину, за Сталина», а не за 40 девственниц

Русская справедливость

Высочайший критерий цивилизованности той или иной расы - это

ее готовность протянуть руку помощи менее удачливым народам

Б. Вашингтон

Недостатков нет только в раю. Существовали недостатки и в Советском Союзе. Но нигде и никогда человечеством не было создано более великой и справедливой социальной системы, чем та, которая была создана нами в нашей советской стране.

Только советский период со всей очевидностью показал, что общество может быть пронизано честностью, солидарностью, непорочностью, где каждый простой человек может достичь вершин власти. И в этом кроется его великая притягательная сила. Именно поэтому так очерняют советский период времени.

«Казнокрады, мошенники, лжецы, клеветники, особенно имеющие дипломы престижных университетов, имеющие свой целью деньги, богатство, власть, всегда стоят у власти или как минимум около нее. При капитализме их господство стало всеобъемлющим и подавляющим. За всю человеческую историю ситуация изменилась только однажды — лишь в бытность СССР “люди денег” перестали считаться лучшими людьми, в них видели только их хищную суть. Молодежь рвалась не в банкиры, не в биржевики, а в космонавты, в ученые, в конструкторы и иные творческие, героические социальные ипостаси»[1].

О нравственности советского периода стоит сказать особо. Советский период был нравственной вершиной не только за всю историю России, но и за всю историю человечества. Конечно, он был не идеален, идеален только Бог, но стоит признать безо всяких философских, заумных фраз: и до Советского Союза было хуже, и после. Нам, советским людям, посчастливилось жить в самую лучшую эпоху в мировой истории, в великой и могучей стране.

««Мы» - это поколение помнящих стыд, честь, совесть. Мы еще помним то время, когда слово «голубой» было прилагательным. Нас учили высшим принципам, пусть через призму советской идеологии, но все равно это были и совесть, и честь, и стыд. Нам казалось это таким очевидным, как воздухом дышать. Но сегодня мы осознаем: если так пойдет дальше, вырастет поколение, которое искренне не будет понимать терминов «стыд» или «честь». Понимаете, новое поколение будет не бессовестным, в смысле отрицающим совесть, а не знающим совести. Это пострашнее бессовестных. Когда человек что-то отрицает, всегда есть возможность пересмотреть свой взгляд. Но как пересмотреть взгляд на то, чего не знаешь?»[2].

Не было ничего более великого на русской земле ни до Советского Союза, не будет ничего и после, если сегодняшний тренд развития не будет преодолен. Мы не должны повторять тезисы наших врагов о СССР, Запад нас ненавидит и поэтому он ненавидит наше советское прошлое. Почему Запад так не любит Россию и особенно советский период? Причины ненависти три.

 


[1] Водолеев Г. Люди цивилизации денег. http://ari. ru/publication.

[2] Проект Россия. Вторая книга. Выбор пути. - М., 2007

Русская альтернатива

Запад ненавидел и боялся Россию всегда, но после 1945 г. этот страх стал сравним с паникой. Боясь проиграть в открытой войне, Запад встал на путь войны холодной. Запад боялся даже не нашего военного преимущества, хотя оно стало очевидно, он боялся, что наш пример станет заразителен, он боялся нашего идеологического, культурного, научного, экономического преимущества.

Русская цивилизация - антипод западной цивилизации. Но не только это озлобляло Запад. СССР - первая держава, которая создала альтернативный Западу и более эффективный общественный строй.

«Благодаря революции страна совершила беспрецедентный рывок вперед во всех отношениях — в социальном, хозяйствен­ном, культурном, образовательном и т.д. Успех был настолько ошеломляющим для всей планеты, что Россия стала соблазни­тельным примером для многих народов. Это напугало Запад, и он с первых дней существования русского коммунизма вел упорную борьбу против него»[1].

Надо помнить, что коммунизм стал занимать умы не только в странах третьего мира, но и в самих странах Запада, это течение стало модным среди западной интеллигенции.

Надо помнить, что мы были первой научной державой мира. Страна, лежащая в руинах после войны, открыла космическую эру человечества, создала образцы вооружений, которым не было, и нет до сих пор, равных в мире.

Надо помнить, как Запад панически боялся наших высоких темпов экономического развития. В еще в 60-х годах никому из западных экономистов и в голову не приходило оспаривать преимущества советской экономики, они лишь говорили, что советская экономика, конечно, более эффективна, но это плата за отсутствие свободы, так президент США Дж. Кеннеди признавал, что

«советская экономика продолжает прогрессировать более высокими темпами, чем наша»[2].

Русская альтернатива. Советский период стал вершиной русской цивилизации, и поэтому в этот период агрессия Запада против России достигла небывалых размеров. Все силы были брошены на демонтаж СССР и русского народа. Мы до сих пор пожинаем плоды нашего поражения

«Была предпринята массированная попытка подавить независимость русского сознания, унизить его и смешать с грязью. Радио «Свобода» утверждало, что «перестройка не только должна демон­тировать то, что называется тоталитарным социализ­мом, но и изменить духовный строй русского человека, приблизить его к западному складу сознания». Должна произойти «мутация русского духа»! Нужно «русского человека выбить из традиции»…то, что с нами произошло, — это не проигранная война, а победа одной цивилизации над другой, ей чуждой, ко­торую надо истребить, превратить в духовную пусты­ню, где, как говорится, и трава не растет»[3].

Не только наших лучших в мире видов вооружения боялись на Западе, они боялись появления нового мирового лидера, боялись утратить свою гегемонию в мире. В Сербии существует пословица «Нас, русских, 200 миллионов». Люди в мире стали гордиться своей этнической близостью к русским и на Западе смертельно боялись, что настанет время, когда кто-то произнесет: «Нас русских 5 миллиардов».

«Коммунистическая идеология привлекала людей по все­му миру в 1950-е и 1960-е годы, когда она ассоциировалась с экономическим успехом и военной мощью»[4].

 


[1] Зиновьев А. Русский эксперимент. – М., 1995 - с. 31.

[2] Кеннеди Дж. Стратегия мира. - 1960.

[3] Шафаревич И. Р. Зачем России Запад? – М., 2005. - с. 18-19.

[4] Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. – М., 2006 – с. 131.

the-soviet-union

national-doctrine.jpg