Sidebar

Как марксизм погубил социализм. Коммунистический анализ капитализма в узких рамках материалистического мышления оказался неверен. Капитализм — это необязательно нищета рабочих. Ущербность капитализма не в низкой производительности труда по сравнению с социализмом, а в том, что капитализм выродился в античеловеческую систему. Маркс также говорил об этом, но для него эта проблема имела второстепенный характер.

Мещанство. В результате, по прошествии времени, целью коммунистического учения стало построение мещанского общества, что вполне естественно для материалистической идеологии, а главными ценностями этого общества являлись колбаса и хрусталь. Описывая советскую интеллигенцию, английский ученый Р. Саква пишет:

«…Коммунистический режим породил своеобразный парадокс: миллионы людей являлись буржуа по своей культуре и устремлениям, но были включены в социально-экономическую систему, отрицавшую эти устремления»[1].

В результате на практике с вещизмом в СССР боролись и осуждали, высмеивали мещанство, но в то же время фундаментом мировоззрения была материалистическая, а по сути — мещанская идеология. В СССР сложилась раздвоенность базовой теории и практики. Образно говоря, мы пытались построить из деталей велосипеда книжный шкаф, при условии, что отказаться от деталей велосипеда нельзя и их обязательно необходимо использовать при сборке шкафа. Естественно, что процесс такого ваяния был далек от эффективности.

Интернационализм. Возникновение наций, согласно марксизму, обусловлено, в первую очередь, материальным фактором. Когда исчезнут материальные предпосылки, исчезнут и этнические образования.

Маркс считал, что националист и социалист — непримиримые понятия. Истинность убеждений социалиста, по мнению Маркса, надо проверять на национальном вопросе, у Маркса это называлось «щупать больной зуб». У Ленина это звучало несколько иначе: « …поскрести иного коммуниста — найдешь великорусского шовиниста» или «Марксизм выдвигает… интернационализм, слияние всех наций в высшем единстве…». У Ленина нет ни одной работы, которую он посвятил бы величию России. «Мировая революция», «Пролетарии всех стран, объединяйтесь» — вот цели большевиков. У выдуманного Марксом и Лениным пролетария не должно было быть Отечества, хотя у реального оно обычно имелось.

Конечно, переоценивать значение интернационализма не стоит. В коммунистической теории было одно, а в советской практике — другое. Несмотря на тезис о «праве наций на самоопределение, вплоть до отделения», коммунисты собрали в единое государство разваливавшуюся Российскую империю. А потом без лишних красивых слов присоединили территории, которые царская Россия потеряла во время войны 1905 г. с Японией.

Более того, позднее, в конце 1940-х годов, для слишком ярых интернационалистов был придуман термин «безродный космополит». Его автор — член Политбюро А. А. Жданов. В январе 1948 года, выступая на совещании деятелей советской музыки в ЦК КПСС, он говорил:

«Интернационализм рождается там, где расцветает национальное искусство. Забыть эту истину означает… потерять свое лицо, стать безродным космополитом».

Есть мнение, что Сталин понимал, что коммунистическую доктрину надо заменять национальной идеологией, но не успел этого сделать.

«Сталин и попытался (Солженицын совершенно прав) в срочном, аварийном порядке заменить его (коммунизм) другим идеологическим горючим — великодержавным национализмом, но не успел — умер…»[2].

Опять же, мы сталкиваемся с раздвоенностью теории и практики. От понятия «безродный космополит» Маркс, наверное, перевернулся в гробу. В результате у СССР сложилась национально-интернациональная система ценностей. Идеология коммунизма не стала национальной идеей, и именно поэтому мы так легко распрощались с коммунистическими идеалами в 90-х годах. Никто за них не боролся, они были чем-то чуждым, отвлеченным, не русским А ведь надо было сделать всего один шаг, но он так и не был сделан.

Нетрадиционная семья. Если откинуть различные цитаты из выступлений большевиков, прессы 20-х годов, которые могли бы быть продиктованы сиюминутными интересами, и разобраться в этом вопросе более основательно, то общность жен вытекает из марксистской теории. Семья, по азам марксизма, возникла как результат возникновения частной собственности.

«Моногамия возникла вследствие сосредоточения больших богатств в одних руках — притом в руках мужчины — и из потребности передать эти богатства по наследству детям именно этого мужчины, а не кого-либо другого. Для этого была нужна моногамия жены, а не мужа, так что эта моногамия жены отнюдь не препятствовала явной или тайной полигамии мужа»[3].

При коммунизме частной собственности не будет. Вывод о том, будет ли семья, напрашивается сам собой. Конечно, Маркс и Энгельс не призывают к так называемому групповому браку, но рисуется довольно странная семья. Дети будут воспитываться не родителями, а всем обществом, семейного хозяйства тоже не будет.

«С переходом средств производства в общественную собственность индивидуальная семья перестанет быть хозяйственной единицей общества. Частное домашнее хозяйство превратится в общественную отрасль труда. Уход за детьми и их воспитание станут общественным делом»[4].

Абсолютное игнорирование духовного, психического, да и вообще человеческого приводит к абсолютно оторванным от реальности выводам, например, что проституция порождена частной собственностью.

Конечно, в СССР никто не призывал к общности жен. Все было наоборот. За излишнюю половую активность можно было лишиться партийного билета, особенно это касалось партийной элиты, военных и сотрудников КГБ. Таким образом, мы опять сталкиваемся с раздвоенностью теории и практики.

Антигосударственная идеология. Идеи коммунизма нельзя ни развить, ни применить к нормальной жизни в государстве, ведь коммунистическая идея провозглашает отмирание государства («Социализм, ведя к уничтожению классов, тем самым ведет и к уничтожению государства»[5]).

По сути дела, эта идеология отрицает не только государство, но и саму партию как орган, руководящий историческим процессом, ведь, в соответствии с азами марксизма, не личности, а «народ — творец истории», история развивается только благодаря объективным факторам, субъективный, личностный фактор практически ничего не значит. Высмеивая это положение, один мыслитель заметил, что для протекания объективного процесса не нужно создавать партии. Например, затмение Луны — объективный процесс и оно произойдет независимо от того, будет ли создана партия, способствующая этому затмению. Переход от одной социальной системы к другой, революция — тоже объективные, закономерные процессы, и они в создании партии также не нуждаются.

Таким образом, государством у нас руководила партия, которая обслуживала идеологию, идеалом которой была ликвидация как государства, так и партии. Парадокс!

Утопизм. Мир меняется, а ущербная коммунистическая идея не способна к развитию. Мы 70 лет оперировали тезисами более чем вековой давности. У нас не было серьезных разработок ни в вопросах государственного строительства, ни в геополитике, ни в экономике, ни в психологии, ни в других областях. Сейчас в это трудно поверить, но один из самых низких конкурсов был в экономические вузы.

На Западе возникла советология, во всех тонкостях изучавшая наше общество, а мы все изучали в узких рамках марксизма-ленинизма. В результате мы пришли к тому, что Юрий Владимирович Андропов заявил: «Мы не знаем общества, в котором живем». И это было правдой, но только половиной правды. Мы-то не знали общества, в котором жили, зато очень хорошо это общество знали и постоянно изучали наши враги на Западе.

И наша экономика стала неэффективной не потому, что социалистическая экономика неэффективна в принципе, а потому, что мы все чугун выплавляли, когда весь мир начал заниматься производством компьютеров. Пролетариат же гегемон, а если собирать компьютеры, куда его девать? Тот, кто собирает компьютеры, уже вроде и не гегемон, гегемон — это тот, кто выплавляет чугун. Пришлось выбирать: или гегемон, или компьютеры. Выбрали гегемона. Чем это кончилось и для гегемона, и для компьютеров, и для идеологии, и для страны в целом, мы прекрасно знаем.

Конечно, эта картина советской действительности является несколько упрощенной, но зато она верна и наглядна. Если до Маркса экономику страны оценивали преимущественно по производству сельхозпродукции, а в начале XX века — по степени развития тяжелой промышленности, то, начиная с середины XX века, постепенно становится доминирующим показатель развития наукоемких производств, а сегодня уже говорят о новой эпохе, где главное богатство страны будет составлять производство научной технологии и информации. Вряд ли кто-нибудь станет спорить с тем, что научную технологию и информацию производит не рабочий класс.

Почему же коммунистическая идея столь догматична? Сама по себе коммунистическая идея, т.е. не быть ни понята, ни развита. Особенно явственно это проявляется при анализе коммунистического идеала. Как можно построить общество, главный принцип которого: от каждого по способностям — каждому по потребностям? Известно, что удовлетворение одних потребностей порождает новые потребности. Общество, в котором могут быть удовлетворены все потребности, не может существовать в принципе.

Не каждый добровольно будет трудиться, используя все свои способности, т.е. работать «на полную катушку». Здесь можно вспомнить слова Г. Форда: «Только две вещи заставляют людей работать — заработная плата и страх ее потерять». Может быть, Форд в некоторой степени преувеличивал, но, несомненно, большинство людей никогда не будет добровольно работать, используя весь свой потенциал. Поэтому основной принцип коммунизма в высшей степени утопичен. Общество, в котором все будут получать по своим потребностям, построить невозможно, точно так же как и общество, где все будут работать, используя все свои способности.

Как могут отмереть деньги, государство, семья? Во все это поверить нельзя. И никто не верил. Люди шли в партию, т. к. она олицетворяла чистый, светлый идеал справедливости. Очень показательна в этом отношении сцена из фильма «Чапаев»: главный герой даже не знает, в каком «Интернационале» состоит Ленин. Когда же начал действовать принцип партийного отбора, при котором знание коммунистического идеала стало обязательным, мы получили коммунистов вроде Горбачева и Ельцина.

Коммунистическая идея утопична и поэтому не способна к развитию и приспособлению к нормальной жизни общества.

Таким образом, социализм и коммунизм как учения во многом являются разными идеологическими направлениями. В конечном счете, в СССР марксистская теория погубила социалистическую практику.

Мы легко распрощались с социалистическими завоеваниями, потому что не ценили их. А не ценили, потому что не понимали их суть. А не понимали их суть, потому что летали в облаках марксистских абстракций.

 


[1] Основы социологии и политологии / Под ред. Бороноева А. О. - М., 2001. - с. 79.

[2] Соловьев В., Клепикова Е. Юрий Андропов: Тайный ход в Кремль. (Впервые издана в 1983 г. в США.) М., 1995. С. 70.

[3] Маркс К., Энгельс Ф. Происхождение семьи, частной собственности и государства. Соч., т. 21. С. 78.

[4] Маркс К., Энгельс Ф. Происхождение семьи, частной собственности и государства. Соч., т. 21, С. 78–79.

[5] Ленин. В. И. Изб. пр-ия. Т. 6. Ленинград, 1934. С. 28.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 44 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

nationaldoctrine

nationaldoctrine

Интересные статьи

Выводы I части

Для одних вершины - край пропасти,

для других - трамплины для покорения новых

Л. С. Сухоруков

В первой части книги рассматривались проблемы социологии, психологии, философии истории, анализ которых необходим для понимания остальных частей книги. Определим кратко узловые аспекты первой части.

Источник активности человека – потребности. Первичной побудительной силой любых действий людей, как и вообще всех живых существ, являются потребности. Однако потребности – это лишь вершина айсберга. Каждый человек удовлетворяет, прежде всего, ту потребность, которую считает первоочередной, один человек потратит «лишние» деньги на бутылку водки, другой на книгу, третий на билет в театр. Иерархия потребностей зависит от ценностной иерархии (аксиотипа).

Существует четыре базовые ценностные иерархии (аксиотипы). «Философ», основными ценностями являются творчество и религиозность. «Миссионер», основной ценностью являются альтруизм. «Ростовщик», основными ценностями является деньги. «Гусар», основной ценностью является статус. Обыватель, численность которого 85%, - противоречивая комбинация базовых аксиотипов. В зависимости от ситуации он может приобретать облик того или иного базового аксиотипа, но спокойные времена основным качеством обывателя является серединность. Классификация аксиотипов человека, сохраняет свою силу и для классификации общества, этноса, а также политических учений.

Потребности безграничны – ресурсы ограничены. Фундаментальной проблемой экономической политики является проблема – как с помощью ограниченных ресурсов удовлетворить безграничные потребности. Но это не только экономическая проблема, эта проблема проходит красной нитью через всю историю человечества. Человек ко многому стремится, многое достигает, но все это происходит не сразу. Переход на каждую новую ступень развития предполагает прохождение предыдущих ступеней, например, обучение в школе предполагает умение говорить. Тоже самое характерно и для процесса развития общества.

Филогенез общества повторяет онтогенез человека. Обладая безграничными и разнообразными потребностями, общество постепенно идет по пути их удовлетворения, проходит закономерные этапы в своем развитии. Человечество в своем развитии проходит некоторые стадии схожие со стадиями жизни отдельного человека. Основа этого сходства - потребности, которые удовлетворяются постепенно и последовательно, тем самым формируя определенную логику развития.

Исторический процесс – смена элитарных цивилизаций. В своем развитии человечество прошло пять стадий - формаций. На каждой стадии своего развития человечество последовательно решало важнейшие глобальные проблемы, а цивилизация, которая предлагала решения этих проблем и становилась локомотивом человечества, получила название элитарной цивилизации. Перед своим формированием элитарная цивилизация обычно следует в фарватере общемирового мейнстрима. Цивилизация пародирует чужую политико-экономическую систему, культуру. Это порождает элитарно-властный дисбаланс, который может привести к смене политической, экономической, культурной матрицы наиболее адекватной менталитету данной цивилизации. Это становится залогом эффективности и успешности новой цивилизации–лидера.

В своем развитии человечество прошло пять формаций. Для дальнейшего поступательного развития человечество должно было сформировать территориально-социальную структуру – государство, познать мир, построить общечеловеческий социум, выработать общепринятые каноны нравственности, материально обеспечить себя. Существовало пять формаций и, соответственно, элитарных цивилизаций: формирование (шумеры), познание (Древняя Греция), встраивание в социум (Древний Рим), нравственность (Европа, романская раса), материальная обеспеченность (Запад, германская раса). Сегодня мы живем в переломную эпоху, когда на историческую арену должна выйти шестая элитарная цивилизация.

*     *     *

Мы уже говори о некоторых отличительных особенностях следующего этапа развития человечества и будущей - шестой элитарной цивилизации.

Но мы не сказали о знамении, которое сигнализирует о том, что эра бывшей цивилизации лидера закончилось. Речь идет не об астрологии, предсказаниях и всякой другой чепухе. Все гораздо реальнее и проще.

В недрах подсознания угасающей цивилизации возникает тезис о «конце истории». Например, как раз перед разложением и развалом Римской империи возник тезис, о золотом веке всего мира, управляемого Римом. Подобные констатации всегда свидетельствует не о конце истории, а о конце данной цивилизации, свидетельствуют о том, что она исчерпала себя. Угасающая цивилизация это не осознает, но в подсознании это мысль уже присутствует. История не знает никаких окончательных итогов, как и жизнь человека. Конец истории человека – это конец его жизни.

Для того чтобы понять, какой народ может претендовать на роль новой элиты, и какова ее миссия новой цивилизации, нам необходимо определить основной вызов человечества на современном этапе его развития.

Антропологическая контрреволюция

Что же сегодня происходит с духовностью? Для начала отбросим различные оценки духовности. Хороша или нет духовность — это отдельный вопрос, остановимся лишь на очевидных фактах.

Бесспорно, то, что сегодня мы наблюдаем закат духовности. Место аскетизма занимает гедонизм, а место альтруизма — эгоизм или, как его часто называют, индивидуализм.

Аксиотип «ростовщик» существует в любом обществе. Это нормально, как нормально существование такой системы ценностей как материальность. Но ненормально то, что человеческая система ценностей находится в перевернутом состоянии. Все равно, как если бы не нога подчинялась человеку, а человек подчинялся своей ноге.

Духовность упорядочила общество и фактически выделила человека из животного мира. В духовности были воплощены лучшие общечеловеческие идеалы на протяжении всей истории его развития, с начала формирования человека до сегодняшних дней. В наиболее общем плане эти идеалы были едины в разные эпохи и у разных народов, собственно, поэтому они и получили название «вечные ценности».

Сегодня духовность как доминантная система ценностей умирает и уступает место материальности. Никогда за всю историю развития человека не было столь всеобъемлющего заката духовности.

В истории человека было разное. Образовывались государства и распадались империи. Открывались новые континенты и покорялись горные вершины. Совершались великие научные открытия и создавались направления в искусстве. Но авторитет духовности был незыблем. Несмотря на отдельные случаи деградации, никогда в истории человечества не происходил столь всеобщий закат духовности.

С момента рождения человека, с кроманьонцев до сегодняшнего дня на протяжении тысячелетий основа человеческой нравственности была неизменна, сегодня рушится один из самых главных столпов человека, являющийся видоспецифическим признаком человека.

Сегодня создатели фильмов ужасов соревнуются в том, кто сильнее напугает зрителя, но то, что происходит с человеком, гораздо страшнее, чем все фильмы, вместе взятые. И это происходит не на кино- или телеэкране, а в реальной жизни. Создатели фильмов во всю эксплуатируют эту тему: всевозможные вампиры, мутанты инопланетные существа, живущие внутри человека и меняющие его сущность. Но в реальности все гораздо страшнее, на наших глазах в человека действительно вселилось нечто чуждое человечности. Возможно этому вирусу, меняющему суть человека, когда-то придумают свое название.

Физиологическое, духовное рождение и смерть могут не совпадать по времени. Например, Маугли по физическому рождению — человек, но его духовное рождение не состоялось, и поэтому о нем нельзя говорить, как о человеке в полном смысле этого слова.

«Возможность превращения человека в существо, по своему физическому облику человеческое (антропоморфное), но своим поведением отрицающее человечность, принципиально заложена в самой анатомической структуре нашего мозга. Отражающий весь огромный и с трудом представимый путь становления человека, он состоит из трёх частей, трёх слоёв, или, если угодно, трёх мозгов. Самый древний — это «рептильный мозг» (Р-комплекс), доставшийся нам в наследство от рептилий. На него наслоился лимбический мозг — привет от млекопитающих! И наконец, собственно человеческое приобретение — неокортекс. Эти три мозга отвечают за различные функции человеческого поведения, различные сферы человека, причём «рептильному мозгу» принадлежит ключевая роль в агрессивном поведении, в установлении социальной иерархии (в том числе через половое поведение) и контроле территории.

Так вот, неокортекс может вообще отключаться или его влияние на поведение и мотивацию человека может значительно ослабеть с соответствующим усилением лимбического мозга и Р-комплекса. Это достоверно доказано медициной. Не так уж трудно человеку вызвать из бездн своей памяти не только обезьяну или свинью, но даже змею или доисторического ящера. Одному из крупнейших психологов конца XX в., Станиславу Грофу, это неоднократно удавалось в ходе его революционных экспериментов по изменению человеческого сознания, причём достоверность полученной информации была подтверждена зоологами-палеонтологами. В этом свете сравнение некоторых людей и их поведения с животными перестаёт быть избитым литературным приёмом, а приобретает прямой, нередко зловещий смысл.

Теперь давайте представим людей, у которых неокортекс был изначально ослаблен в пользу лимбического и рептильного мозгов. В прежнем историческом контексте их скрытые потенции подавлялись, и они вынуждены были их скрывать. Но вот открылся уникальный исторический шанс, когда «звериное» начало оказалось не недостатком, а колоссальным исходным преимуществом. Естественно, оно вылезло наружу, стало править бал и адаптировать ситуацию под себя, а не адаптироваться к ней. Говоря огрублено, строить мир для хищников и дичи.

Внешне это, безусловно, люди, причём зачастую не лишённые внешнего лоска и даже рафинированности. Но вот по своему социальному поведению, по своей глубинной (даже не осознаваемой ими самими) мотивации они уже перестали быть людьми»[1].

Может, человек был не самым удачным творением. Может, на смену ему придет более совершенный тип, но это будет уже не человек. Поэтому мы не говорим о закате мира вообще, но закат человека — реальный процесс, происходящий на наших глазах. Сегодня мы переживаем ценностный и антропологический переворот небывалого масштаба, сравнимый с переходом от обезьяны к человеку, только сегодня с горечью приходится признать, что эволюция человека повернулась вспять, то, что сегодня происходит, можно назвать антропологический контрреволюцией.

 


[1] Соловей В. «Мы» и «Они». // ЛГ. 26.12.2007.

Эстетическая примитивизация

В обществе, в котором все меньше места остается стремлению к самоактуализации, где кумиром становятся не «генераторы», а «лампочки», неизбежно набирает силу процесс отторжения, высмеивания всего подлинно великого. А в кумиры обществу навязывают посредственных, а часто и бездарных, актеров, писателей, певцов, модельеров, большая часть из которых к тому же извращенцы. Естественно, как следствие, примитивизируется культура общества.

Примитивизируется все: театр, музеи, кино, литература. Массовая культура в большинстве своих форм не способствует гуманистически ориентированному социальному прогрессу и духовной эволюции человека. Призвание и назначение истинной культуры – облагораживание и совершенствование человека. Массовая культура исполняет обратные функции – она реанимирует низшие аспекты сознания и инстинкты, которые, в свою очередь, стимулируют этическую, эстетическую и интеллектуальную деградацию личности.

«Наша эпоха страдает волей к бездарности, волевым отвращением от гениальности и даровитости. Эпохи бывают бездарны, бедны гениями по собственной вине, это грех людской, а не слепая случайность, обделившая данное время дарами свыше. И в нашу эпоху, как и во всякую, немало есть дарований, но они ложно направлены, они чахнут в атмосфере воли к бездарности»[1].

 


[1] Бердяев Н. Истоки и смысл русского коммунизма. – М., 1997. - с. 14-15.

the-soviet-union

nacionalnajadoktrina.jpg