Sidebar

Удивительно, что в обществе, утратившем все моральные нормы,

существует такое понятие, как компромат

Н.А.

Духовная деградация всегда приводит сначала к смирению с пороками, потом к их легализации. Сначала проституция широко распространена под вывесками массажных салонов, vip-бань и т.д. Потом проституция перестает быть нелегальной деятельностью. Потом проституция становится обыкновенной работой. А затем за осуждение проституции сажают в тюрьму, а обыкновенные женщины начинают одеваться так, как раньше не позволила бы себе самая падшая проститутка.

В большинстве стран цивилизованного мира проституция легализована и охраняема законом. Например, в декабре 2001 г. в ФРГ принят закон о признании проституции «нормальной деятельностью в сфере обслуживания». Этот закон придает проституции легальный статус, позволяет заключать трудовые договоры и наделяет представительниц древнейшей профессии правами на государственное социальное и пенсионное обеспечение, а также медицинское страхование. Теперь, в соответствии с законодательством Германии, причисление проституции к аморальной деятельности будет преследоваться в судебном порядке[1].

Когда житель Германии обратился в немецкий парламент с необычной просьбой — найти ему проституток для его публичного дома, женщина – депутат Бундестага от Либеральной партии Мартина Сен заявила по этому поводу: «В конце концов, речь идет о создании новых рабочих мест»[2].

40 лет назад в 1964 г. маркетолог британского филиала шинной компании Pirelli Д. Форсайт предложил изготовить в качестве корпоративного сувенира не просто календарь, а съемку обнаженных фотомоделей. Британская общественность встретила подобные календари с неодобрением.

2006 год. В погоне за прибылью российские компании стали раздевать сотрудниц. На корпоративных календарях. Новосибирское отделение компании мобильной связи «Евросеть» выпускает в качестве новогоднего подарка клиентам и партнерам подобный календарь. Но наши соотечественники пошли дальше: они не стали приглашать профессиональных моделей. Таковыми стали сотрудницы компании. Многие согласились сняться топлес. Готовый продукт произвел на всех потрясающее впечатление. Говорят даже, что девушки, которые отказались от фотосессии, очень жалели об этом[3].

Что будут делать сотрудницы для привлечения клиентов через 40 лет? Особенно наглядно динамика развития видна по глянцевым журналам. Сегодня трудно в это поверить, но когда-то там размещали фотографии одетых актрис, а не девиц, недвусмысленно намекающих на свою бисексуальность.

 «Десять лет назад политик, защищающий право на педерастию, казался немыслимым. Прошло время, и сегодня немыслимо, чтобы политик выступал против педерастии. Общество заставили приспосабливаться под то, под что нельзя приспосабливаться под страхом смерти. Народ стал понимать болезнь как выздоровление. В итоге болезнь прогрессирует.

     Бесстрастные расчеты доказывают, сохранение «свободы» означает, что все известные извращения, не несущие сиюминутного вреда, к 2050 году будут узаконены. Не выговариваемая сегодня гадость завтра будет пропагандироваться. Сначала аккуратно, потом по нарастающей. И так до тех пор, пока не превратится в норму»[4].

 


[1] В Германии легализовали проституцию. 20.12.2001, NEWSru.com.

[2] Немец обратился в парламент Германии с просьбой найти ему проституток. 25.07.2003, NEWSru.com.

[3] Пахомова А., Маркова Е. Девушки, для дела обнажите тело! // Комсомольская правда, 08.02.2006.

[4] Проект Россия. Вторая книга. Выбор пути. - М., 2007.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 36 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

nationaldoctrine

nationaldoctrine

Интересные статьи

Воровство

Капитализм детерминирует воровство. Поэтому вполне закономерно: с приходом данной социальной системы на нашу многострадальную землю количество преступлений в странах СНГ увеличилось в 6–8 раз[1]. Но даже при всеобъемлющей коррупции в России не надо думать, что в России воруют больше чем в других странах. Общий коррупционный бюджет в мире от 840 млрд. евро (более 1 триллиона долларов)[2].

Воровство на Западе и в России имеет свою специфику. На Западе воровство детерминировано индивидуализм и материализмом. Каждый сам за себя, значит воруй у всех, у кого можно украсть. Материализм как неумная жажда наживы толкает к воровству неограниченному и несдерживаемому ничем. Только бесчисленное количество охранников, камеры слежения, развешанные на улицах, подъездах, в магазинах, полицейские, стреляющие в преступника, без сантиментов типа: «Стой! Стрелять буду»[3], только все это кое-как удерживает западного человека от массового воровства.

«Скажите, Читатель, что будут делать жите­ли Вашего родного города, если вдруг на час полностью «отрубят» свет? Вероятно, жечь свечи да может быть, еще ругать Чубайса. А вот «цивилизованные» американцы, когда однажды подобное слу­чилось в Нью-Йорке, не сговариваясь, кинулись грабить магазины! Причем — не какая-то шпана из Гарлема, а все сразу. Иначе не объяснить, как всего за 52 минуты темноты с полок исчезло товаров более чем на миллиард (!) долларов…»[4].

Банальная истина: «для американцев национальный вид спорта — заполнить декларации таким образом, чтобы государству досталось как можно меньше. В этом году недоимка составила 350 млрд долларов, сообщает Си-Би-Эс»[5]. А если отвлечься от слов «национальный вид спорта», «недоимка», о чем идет речь? Речь идет о том, что воровство есть общенациональная черта американцев, причем не осуждаемая, а мифологизированная как некая забава.

Воровство в больших объемах вообще вызывает уважение, мол, какой умный столько ворует и не попадается. На Западе воруют масштабно и с удовольствием, а самых крупных мошенников окружает ореол почитания. О них снимают фильмы, пишут книги, ставят памятники.

в США в 2008 году в бывшем здании суда напротив мэрии Лас-Вегаса открывается первый в мире музей мафии, а 7,5 миллиона на этот проект выделено из муниципального бюджета. Ведь мэр Лас-Вегаса, который ранее прославился тем, что был адвокатом известных американских мафиози, не стесняясь, заявил: «Город основан ими (мафией — прим. авт.), и я никогда этого не стыдился, потому что представлял их интересы, и они сделали меня богатым человеком»[6]. Симптоматично то, что в сформированный наблюдательный совет вошли представители СМИ и… бывший руководитель отделения ФБР в Лас-Вегасе. Неудивительно, если ФБР в ближайшем будущем начнет курировать возведение памятников мафиози.

У русских вороватость есть следствие коллективизма. У русских частная собственность не священна, все должно быть общим. А поэтому для русских воровство это вроде, как и не грех, ведь взял не чужое, а как бы общее, как бы даже немножко свое. В России воровали всегда по мелочи.

Конечно, воруют везде, и вопрос не в этом, вопрос в том какое отношение к воровству складывается в обществе. На Западе крупным ворам - уважение, мелким - презрение. В России существует презрительное отношение к крупным ворам, и снисхождение по отношению к мелким.

 


[1] Основы социологии и политологии // под ред. Бороноева А.О. - М., 2001. - с. 138

[2] Госдума ратифицировала Конвенцию ООН против коррупции. Sakhalin.info 19.02.2006

[3] В СССР милиционера, выстрелявшего в преступника без предупредительного выстрела и слов «Стой! Стрелять буду» могли отдать под суд.

[4] Медведев В. С., Хомяков В.Е., Белокур В.М. Национальная идея или Чего ожидает Бог от России. – М., 2004 - с. 58.

[5]14.04.2006, телекомпания НТВ.

[6] Мэр Лас-Вегаса не стыдится своих связей с мафией. Новые Известия. 06.09.2006.

Макс Вебер

Политику заказывают не те, кто платит налоги,

а те, кто платит политикам

С. Янковский

Об одном немецком сказочнике. Редко кто, анализируя становление капиталистического строя, не упоминает исследования Макса Вебера. Сочинения Вебера — это апологетика капитализма — сказки начала XX века, на которые наслоились современные сказки и суть которых заключается в следующем:

  • капитализм зародился на Западе вследствие распространения здесь протестантизма и в особенности кальвинизма;
  • протестантская деловая этика стимулирует предпринимательскую активность, трудолюбие;
  • протестантская этика в основе своей имеет буржуазный аскетизм, который формирует необходимую расчетливость, бережливость, рационализм.

Все эти посылы ложны, а Вебер стал известным не благодаря открытию механизма зарождения и развития капитализма в своем известном труде «Протестантская этика и дух капитализма», а благодаря восхвалению буржуазии. Как приятно слышать, что ты есть воплощение всех достоинств: и трудолюбивый, и аскетичный…

Кстати, немногие знают, что Макс Вебер как мыслитель не был популярен ни при жизни, ни после смерти, а стал известным социологом относительно недавно. В начале XX века имя Макса Вебера было едва на слуху. Посмертная слава пришла значительно позже, благодаря даже не немецкой, а американской пропаганде. Очень уж удобные мысли высказывал этот исследователь. Первым популязатором идей Вебера стал американский социолог Толкотт Парсонс, затем к нему присоединились другие либеральные ученые, определив Макса Веберакак одного из отцов социологии.

Но вернемся к зарождению капитализма. Теперь о том, как было все на самом деле. Не боги выбирают народы, а народы своих богов. Реформация не свалилась с неба, а в основе своей была сформирована этническим духом западного человека. Она была лишь идеологической оболочкой тех идей, которые были и без всякой Реформации близки западному человеку. Ментальные особенности западного человека — вот та идейная точка отчета начала капиталистической эры.

Лютер со своей Реформацией никогда не являлся начальным пунктом движения к капитализму. Сначала появился Колумб (1492 г[1].) с кораблями, набитыми золотом, и только потом Лютер (1517 г.) со своими 95 тезисами против продажи индульгенций. Продажа индульгенций как бизнес уступил новому бизнесу, более выгодному — грабежу колоний. В Средние века некого было грабить, и ментальные особенности западноевропейца не имели материальной базы. В Россию сунулись — тут Александр Невский, попробовали к арабам, османам — так те вообще до Вены дошли. Приходилось торговать индульгенциями.

Почему, пренебрегая историческими реалиями, во главу угла ставится Реформация? Такой подход не случаен. Ложный тезис порождает ложную цепочку рассуждений о трудолюбии, бережливости, освещенных неким религиозным чувством.

На самом деле в хозяйственной этике западного человека труд никогда не был окружен ореолом почитания. Деньги, желательно быстрые, желательно много. Вот ядро западного мировоззрения. И старт капитализма был дан не Реформацией, а нещадным грабежом колоний.

Первые капиталисты были не бережливыми тружениками, а авантюристами, которые привезли в Европу, помимо золота, сифилис. Пять столетий назад эту только что открытую бактерию привезли с собой моряки, возвращавшиеся из Америки в Европу: так на кораблях Колумба сифилис, попал в Испанию. Он стал первым плодом открытия Нового мира и, подобно пыли, разлетелся по всей Европе. С начала XVI столетия сифилис превратился в настоящий бич Человечества... К началу ХХ столетия практически 15 % населения Европы было заражено сифилисом [2].

Труд никогда не был и не является сейчас сам по себе ценностью в капиталистической ценностной иерархии. Богатство и индивидуализм — вот основные ценности капитализма, наиболее полно воплотившиеся в тезисе «священность частной собственности». «Частная» и «собственность» — вот что священно. Все остальное выстраивалось вокруг этой святости, а если что-то ей мешало, то безжалостно отбрасывалась, пусть даже заповеди христианства.

В СССР труд являлся ценностью сам по себе. Отсюда все эти понятия — «нетрудовые доходы», «тунеядец», «кто не работает, тот не ест». В СССР была создано масса фильмов, прославляющих труд. Существует ли хоть один западный фильм, прославляющий труд? Нет! Все фильмы посвящены тому, как быстро разбогатеть, преимущественно преступными способами. Вот истинная мечта. И подобное отношение к труду действительно имеет свои корни в религиозных доктринах, ведь для западного человека эпохи Реформации труд — «проклятие божье».

Сказка о буржуазном аскетизме рассчитана на людей, которые в уме не умеют считать до двух. Аскетизм — это отказ от стремления к максимизации материального потребления. Аскетизмом нередко пропитана жизнь монахов. А так называемый буржуазный аскетизм — обыкновенная жадность. По сути, Вебер и его пропагандисты приравнивают любовь к деньгам к аскетизму. Ни от чего капиталисты не отказывались, денег было мало, вот они и копили — и чахли над своим златом. Хотелось бы посмотреть на то, чтобы они сделали с человеком, который предложил бы им отказаться от своих богатств.


[1] Золото с американского континента появись чуть позже открытия Америки.

[2] Рохас А. Как сифилис изменил историю человечества. // El Mundo, Испания. 04.06.2003, ИноСМИ.Ru.

Итоги революции 1917 года

О том, как все было хорошо, а потом пришли большевики, и стало плохо. Мы часто сталкиваемся с пропагандой следующей идеи: был хороший царь, богатая Россия, которая кормила всю Европу хлебом, пришли большевики, свергли царя, устроили голод. Большевики, как мы выяснили, царя не свергали, теперь разберемся с так называемым хлебным изобилием.

Многие, доказывая благополучие России, ссылаются на вывоз Россией хлеба за границу для продажи. Да, Россия действительно продавала за границу хлеб, но не от богатства, а от бедности. Продавала, чтобы получить валюту, продавала, а сама голодала. Потребление хлеба в России на душу населения было в три раза ниже, чем в США и это при том, что в России хлеб, в отличие от других стран, являлся чуть ли не единственным продуктом питания. Результатом такого хлебного псевдоизобилия был голод простого народа. От голода за время правления Николая II умерло свыше 5 миллионов человек.

«Даже хлеб — основное наше богатство — был скуден. Если Англия потребляла на душу населения 24 пуда, Германия 27 пудов, а США целых 62 пуда, то русское потребление хлеба было только 21,6 пуда — включая во все это и корм скоту. Нужно при этом принять во внимание, что в пищевом рационе России хлеб занимал такое место, как нигде в других странах он не занимал. В богатых странах мира как США, Англии, Германии и Франции, — хлеб вытеснялся мясными и молочными продуктами и рыбой, — в свежем и консервированном виде»[1].

России нечего было продавать, а дворянам хотелось отдыхать в Париже, на Ницце, проматывать состояния. Брать деньги они могли только, продавая хлеб своих крестьян, часто обрекая последних на голод.

В начале ХХ в. голод постигал Россию 5 раз: 1901, 1905,1906, 1908, 1911 годы. Вполне закономерно, что по материалам переписи 1897 г. в европейской части России продолжительность жизни русских мужчин была 27,5. Николаем II был издан уникальный указ «О приготовлении хлеба из барды и соломенной муки, как могущего заменить употребление обычного ржаного хлеба». И, несмотря на голод, Россия вывозила хлеб! Царский министр Вышнеградский, отвечая на обвинения в сбыте хлеба за границу даже во времена голода в России, сказал с трибуны Государственной думы: «Недоедим, а вывезем!».

Русский народ не бегает от сытости, а ведь количество забастовок и протестов в России было в 5 раз выше чем, например, в Германии. Если бы все было хорошо, то не было бы тысяч стачек, забастовок, митингов, восстаний. Причем, это были не митинги типа праздничных гуляний. Людей расстреливали, сажали, ссылали, но успокоить страну так и не смогли.

Сегодня очень часто можно также услышать о том, что коммунисты придумали продотряды, с помощью которых отнимали хлеб у крестьян, истязали их, разве только не съедали живьем. Но это не соответствует действительности. Продотряды были созданы еще при царском режиме в 1916 году. Мера в условиях войны вынужденная, нужно было кормить голодающие города. Большевики сохранили подряды с той же целью. Но было и одно отличие: сами большевики не имели позолоченных карет и вилл в Ницце. И это прекрасно знали крестьяне и понимали, что хлеб отдают таким же, как они сами – простым и голодающим.

Если мы обратимся к фактам, то увидим, что далеко не все так однозначно было с русским православием, которое «погубили» большевики. К 1917 году, по мнению многих мыслителей того времени, русское православие пребывало в серьезном кризисе. Причем констатировали это далеко не революционеры, а как раз консервативные писатели, которых, кстати, никто не читал, зато читали Л. Толстого, отлученного от церкви. Не вызывают поэтому удивления известия о том, что в годы первой русской революции практически во всех семинариях про­исходили забастовки (в 48 из 53), или о том, что в 1911 г. из общего чис­ла выпускников семинарий в 2148 человек, только 574 приняли священнический сан, т.е. 25 %[2].

«А. Ф. Лосев рассказывал, что епископ Феодор считал П. Флоренского единственным верующим человеком в Мо­сковской духовной академии, причем перебирал остальных преподавателей и доказывал это. В начале века П. Фло­ренский считал, что церковь стала похожа на сухарь, и ее надобно перемолоть в муку, дабы напечь новые хлебы — веру и церковь живую»[3].

Итоги революции 1917 года. Но проблема заключалась не только в хлебном псевдоизобилии и развале церкви. К октябрю — ноябрю 1917 г. более 90 % уездов России бушевали в бунтах, в городах бесчинствовала уго­ловщина. После Февральской революции была произведена бездумная амнистия, и вместо жертв царизма на воли оказались тысячи уголовников. Полиция была практически полностью парализована. На улицах Петрограда происходили вооруженные столкновения. Красноречивым фактом, показывающим уровень развала России, было то, что полиция боялась заходить в некоторые кварталы Петрограда, т.е. власть не полностью контролировала даже столицу страны. Русский писатель В. Г. Короленко в сво­ем дневнике ноября 1917 г с горечью констатировал:

«Общество распадется на элемен­ты без общественной связи… Наша психология…— это орга­низм без костяка, мягкотелый и неустойчивый. Русский народ якобы религиозен, но теперь религия нигде не чувствуется»[4].

Начался парад суве­ренитетов. Объявили о своей независимости от России: Украина, Финляндия, Закавказье, Северный Кавказ, Литва, Молдавия (Валахия). Большевикам досталась полностью разрушенная страна с фактически отсутствием централизованной власти. Эту страну необходимо вновь было собирать и вести вперед к новым победам.

Исторический парадокс заключался в том, что именно интернационалисты большевики, столько говорившие о праве наций на самоопределение, сделали все возможное и невозможное, чтобы вновь сплотить Россию. А те, кто очень много рассуждал о «великой и неделимой», на деле сделали все, чтобы довести страну до полного развала. Сегодня это все забыто, но тогда это очевидное обстоятельство признавали даже «белые»:

«противобольшевистское движение силою вещей слишком связало себя с иностранными элементами и поэто­му невольно окружило большевиков известным националь­ным ореолом, по существу, чуждым его природе. Причудли­вая диалектика истории неожиданно выдвинула советскую власть с ее идеологией интернационала на роль национально­го фактора современной русской жизни, — в то время как наш национализм, оставаясь непоколебленным в принципе, потускнел и поблек на практике вследствие своих хрониче­ских альянсов с так называемыми «союзниками»»[5].

 


[1] Солоневич И. Л. Народная монархия. – М., 1999 – с. 68.

[2] Зернов Н. Русское религиозное возрождение XX века. – Париж., 1991. - с. 53

[3] Бибихин В. В. Из рассказов А. Ф. Лосева // Вопросы филосо­фии, 1991 № 10. С. 140—141, 146.

[4] Короленко В. Г. Дневники // Память. - № 2. – Париж, 1979. – с. 379.

[5] Устрялов Н. В. Национал большевизм. – М., 2003. – с. 51.

the-soviet-union

nationaldoctrine.jpg