Sidebar

Утрата духовности ведет к примитивизации души человека. За этим происходит интеллектуальная примитивизация, а затем — рост ненормальности, ведь для человека, лишенного души, неведомы понятия нравственности.

Итогом тихого, без взрывов и паники, катаклизма будет трагичен: люди как вид вымрут. То, что останется, будет псевдолюдьми, некими полуроботами-полуживотными, интересы которых ограничатся их собственным индивидуальным существованием, основой которого будет максимизация удовольствий и стремление к завоеванию социального статуса. Уже сейчас многие не видят ничего плохого в закате человечества:

«Человек — лишь один из биологических видов, такой же, как и прочие, и в длительной перспективе может уступить первенство другому виду разумных существ, и нет оснований считать, что это будет большой утратой»[1].

А многие уже с упоением пишут о новой эпохе, расхваливая новые возможности нового человекоподобного существа:

«Биологическое человечество — лишь маленькая начальная ступенька в развитии более высокой электронной цивилизации. Последняя станет основой для возникновения следующего уровня и, возможно, создания некого Высшего Разума Вселенной. Уже в 2020–2030 годах развитие электроники позволит смоделировать на компьютере 10 миллиардов нейронов человеческого мозга и переписать их связи в чипы. Человек с этого момента станет бессмертным. Он обретет электронный мозг и механическое тело, которому, по желанию человека, придадут красивое лицо, стройную фигуру и нежную кожу Мэрилин Монро или огромную физическую силу Шварценеггера. Новый электронный человек будет обладать не только слухом и зрением, он станет ощущать мир всем арсеналом современных датчиков. Обучение электронного человека, в отличие от биологического, будет занимать не годы, а секунды. Поскольку он будет представлять не что иное, как информацию, записанную в электронном мозге, то при путешествиях в Космос не нужно будет пересылать физические тела людей на космических кораблях…»[2].

Выражение «гибель человечества» не надо понимать буквально. Люди как существа не исчезнут, но станут совершенно иными. Это будут существа с упрощенным духовным миром, но хорошей работоспособностью, похожие друг на друга, покоряющие звездные пространства, питающиеся заменителями еды в виде таблеток и размножающиеся с помощью клонирования.

«В итоге все, чем гордится нынешняя западная цивилизация: научно-технический «прогресс», удлинение сроков жизни, возрастающий комфорт, благоустроенность быта — только случайный, побочный продукт рыночных межличностных отношений, здесь нет никакого цивилизационного устремления к гуманизации, одухотворению смысла общечеловеческой судьбы. И все это цивилизационно-рыночное благополучие неизбежно и скоро перейдет в фазу угасания и упадка из-за разрастания человеческого скотства, бездуховности на фоне освоения все более сложных и энергоемких промышленных технологий «освоения космоса» и т. п. В точном соответствии с пророческим сценарием фильма «Кинд-дза-дза», когда секундные перемещения в космосе на миллионы парсеков будут осуществлять цивилизационно, нравственно деградировавшие люди, разорившие и уничтожившие хищничеством биосферу не одной планеты, безжалостные, подлые по отношению друг к другу»[3].

Человекоподобное существо лишь внешне будут напоминать человека, но его внутренний духовный мир будет иным, нежели тот, который был у человека на протяжении тысячелетий. Сегодня происходит формирование какого-то нового существа, отличного от человека.

 


[1] Профессор Колорадского университета Д. Джемисон.

[2] 19.05.2000, PravdaSevera.Ru.

[3] Водолеев Г. Люди цивилизации денег. http://ari.ru/publication.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 86 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

nationaldoctrine

nationaldoctrine

Интересные статьи

История средневековья. Кратко

Средневековье длилось около 1000 лет. В этот период складывается единая европейская общность, которую сплачивает единая религия – христианство. В античном мире каждый народ имел свою религию, в Средневековой Европе существует одна религия для всех народов.

История средневековья. Кратко. Общество разделятся на три основных сословия: дворянство, духовенство и народ. За обобщенным понятием «народ» понимались крестьяне, ремесленники, торговцы. «Благородство» начало продаваться уже в Средние века. Пример подала Англия, в которой еще 1278 г. был принят закон, по которому кто угодно, имевший доход более 20 фунтов стерлингов, получал дворянское звание.

В раннем Средневековье главой государства являлся просто крупный феодал, другие феодалы подчинялись ему формально. Феодал сам чеканил монету, сам собирал налоги. У каждого феодала был свой герб, свой девиз. Во время конфликта с другими феодалами он со своими придворными запирался в замке, и что после этого происходило с жившими вокруг замка крестьянами, его не волновало.

Различные хозяева земель боролись за одни и те же города, города боролись против хозяев земель, в городе боролись разные классы, гильдии, партии и т.д. Ремесленники объединялись в цехи, которые защищали своих членов от «диких ремесленников». Каждых цех имел свой герб, знамя, а очень часто даже свою церковь и кладбище. Цехи также конкурировали между собой, в то же время подмастерья цехов объединялись в союзы и конкурировали с мастерами. Цехи также вели борьбу с верхами города за доступ к управлению.

Мы уже писали о том, что формирование границ европейских государств носило довольно произвольный характер. Очень значимую роль в процессе государствообразования играли экономические факторы. Общий рынок, торговые пути и т.д. Когда возникают первые парламенты, то основным вопросом, который стали рассматривать парламентарии были общегосударственные налоги, т.е. феодалов обязали делиться с центральной властью. Это был первый шажок к централизации власти.

Большую роль в образовании государств играли города, которые сами складывались в основном как центры торговли и ремесла, причем многие из них откупались от хозяев земель, на которых они возникли или вели с хозяевами земель ожесточенную борьбу за полную независимость. В Англии XIII века около половины всех городов получили независимость в сборе налогов. Если крупные западные города, впоследствии ставшие, центром для объединения стран – это, прежде всего, экономические центры, то в России, города – центры обороны и пограничные крепости, Москва заслужила право на объединение России на Куликовском поле.

«На протяжении первых десятилетий своего существования город (Москва авт.) становился важной пограничной крепостью на рубежах Северо-Восточной Руси и входил в состав Великого Владимирского княжения»[1].

Культура Европы возникла на обломках древнеримской культуры. Язык римлян – латинский язык приобрел в Европе статус церковного языка, языка государственного делопроизводства, международного общения и культуры. От Римской Империи европейским народам достались в наследство некоторые римские институты, такие как, например, школы, многие западноевропейцы учились по древнеримским учебникам, а римское искусство и наука были широко распространены среди европейцев.

Многие правители европейских держав ощущали себя наследниками римских императоров. Поэтому Карл Великий и последующие руководители Европы пытались возродить Римскую империю. В 962 г. германский король Оттон I, завоевавший часть Италии провозгласил Священную Римскую империю, которая формально просуществовала до 1806 года. Конечно, представить русского государя, возрождающего Римскую империю невозможно. Если Запад всегда ощущал себя наследником Западной Римской империи, то российская цивилизация ощущала себя наследником Византии.

Новое время подготавливает эпоха Возрождения и, опять же, происходит как бы «возрождение» античной культуры, именно так и появился этот термин.

Если кратко, то в Средние века готовится почва для социального переворота и перехода к капиталистической системе.

 


[1] Москва [Википедии].

Политический перелом

Итак, буржуазия окончательно оформилась. С одной стороны, у нее появились достаточные капиталы, полученные, в основном, от грабежа колоний, так называемое первоначальное накопление капитала. С другой стороны, общество, с помощью Реформации, было идеологически подготовлено к восприятию нового строя, новой иерархии ценностей и стереотипов поведения.

В рамках марксизма довольно туманно объяснено, почему капитализм вдруг возник в Европе именно в XVI-XVII веке? Почему не раньше? Почему капитализм не сформировался, допустим, в Древнем Египте? Попытка объяснения ростом производительных сил общества ничего толком не объясняет. Рост производительных сил наблюдался после победы капиталистического строя, наиболее рельефно это выразилось в так называемом промышленном перевороте. Поэтому рост производительных сил был следствием, а не причиной победы капитализма. Итак, что же стало пусковым механизмом, запустившим процесс формирования нового строя?

Политический перелом. Ответить на эти вопросы очень важно потому, что тогда станет понятен истинный механизм «великого прорыва» и расцвета западной цивилизации.

Изменения общества начинается с изменения формы властной селекции, а не с изменения производительных сил[1]. Что же произошло в XV веке?

В XV веке европейцы открыли новые земли, обладавшие двумя уникальными особенностями. Во-первых, эти земли обладали богатыми ресурсами, во-вторых, они были населены наивными, беззащитными людьми. Колониальный грабеж сделал европейских авантюристов, которые до этого, в основном, в Европе заканчивали жизнь на виселице, богатыми, уважаемыми членами общества. Если отвлечься от романтики, то стоит сказать, что никто не хотел рисковать жизнью и плыть неведома куда, поэтому в команду Колумба принимали уголовников из испанских тюрем, спонсировали эту экспедицию банкиры и купцы, а основной целью был поиск золота.

За несколько лет эти люди сколачивали громадные состояния на обмане, убийствах, воровстве. Но поскольку эти преступления происходили вне Европы, они были неподсудны. Таким образом, изменился тип властной селекции, а вслед за ним изменилось и общество.

Когда буржуазия окрепла, последовали первые буржуазные революции. Основной задачей буржуазной революции стало уничтожение феодального строя или его остатков, установление власти буржуазии, создание буржуазного государства. Основными буржуазными революциями в Западной Европе являлись следующие:

  • Голландская буржуазная революция 1566–1579 гг.;
  • Английская буржуазная революция 1640–1649 гг.;
  • Великая французская буржуазная революция 1789–1794 гг.

Нередко за буржуазными революциями (например, Английской и Французской) следовала реставрация свергнутых династий. Но капиталистический строй, утвердившийся в ходе революций, восторжествовал. Восстановленные в своих правах монархи были вынуждены признать основные революционные завоевания.

 


[1] Подробно эта тема будет проанализирована в следующем труде: «Сверхдержава: национальная доктрина России».

Итоги революции 1917 года

О том, как все было хорошо, а потом пришли большевики, и стало плохо. Мы часто сталкиваемся с пропагандой следующей идеи: был хороший царь, богатая Россия, которая кормила всю Европу хлебом, пришли большевики, свергли царя, устроили голод. Большевики, как мы выяснили, царя не свергали, теперь разберемся с так называемым хлебным изобилием.

Многие, доказывая благополучие России, ссылаются на вывоз Россией хлеба за границу для продажи. Да, Россия действительно продавала за границу хлеб, но не от богатства, а от бедности. Продавала, чтобы получить валюту, продавала, а сама голодала. Потребление хлеба в России на душу населения было в три раза ниже, чем в США и это при том, что в России хлеб, в отличие от других стран, являлся чуть ли не единственным продуктом питания. Результатом такого хлебного псевдоизобилия был голод простого народа. От голода за время правления Николая II умерло свыше 5 миллионов человек.

«Даже хлеб — основное наше богатство — был скуден. Если Англия потребляла на душу населения 24 пуда, Германия 27 пудов, а США целых 62 пуда, то русское потребление хлеба было только 21,6 пуда — включая во все это и корм скоту. Нужно при этом принять во внимание, что в пищевом рационе России хлеб занимал такое место, как нигде в других странах он не занимал. В богатых странах мира как США, Англии, Германии и Франции, — хлеб вытеснялся мясными и молочными продуктами и рыбой, — в свежем и консервированном виде»[1].

России нечего было продавать, а дворянам хотелось отдыхать в Париже, на Ницце, проматывать состояния. Брать деньги они могли только, продавая хлеб своих крестьян, часто обрекая последних на голод.

В начале ХХ в. голод постигал Россию 5 раз: 1901, 1905,1906, 1908, 1911 годы. Вполне закономерно, что по материалам переписи 1897 г. в европейской части России продолжительность жизни русских мужчин была 27,5. Николаем II был издан уникальный указ «О приготовлении хлеба из барды и соломенной муки, как могущего заменить употребление обычного ржаного хлеба». И, несмотря на голод, Россия вывозила хлеб! Царский министр Вышнеградский, отвечая на обвинения в сбыте хлеба за границу даже во времена голода в России, сказал с трибуны Государственной думы: «Недоедим, а вывезем!».

Русский народ не бегает от сытости, а ведь количество забастовок и протестов в России было в 5 раз выше чем, например, в Германии. Если бы все было хорошо, то не было бы тысяч стачек, забастовок, митингов, восстаний. Причем, это были не митинги типа праздничных гуляний. Людей расстреливали, сажали, ссылали, но успокоить страну так и не смогли.

Сегодня очень часто можно также услышать о том, что коммунисты придумали продотряды, с помощью которых отнимали хлеб у крестьян, истязали их, разве только не съедали живьем. Но это не соответствует действительности. Продотряды были созданы еще при царском режиме в 1916 году. Мера в условиях войны вынужденная, нужно было кормить голодающие города. Большевики сохранили подряды с той же целью. Но было и одно отличие: сами большевики не имели позолоченных карет и вилл в Ницце. И это прекрасно знали крестьяне и понимали, что хлеб отдают таким же, как они сами – простым и голодающим.

Если мы обратимся к фактам, то увидим, что далеко не все так однозначно было с русским православием, которое «погубили» большевики. К 1917 году, по мнению многих мыслителей того времени, русское православие пребывало в серьезном кризисе. Причем констатировали это далеко не революционеры, а как раз консервативные писатели, которых, кстати, никто не читал, зато читали Л. Толстого, отлученного от церкви. Не вызывают поэтому удивления известия о том, что в годы первой русской революции практически во всех семинариях про­исходили забастовки (в 48 из 53), или о том, что в 1911 г. из общего чис­ла выпускников семинарий в 2148 человек, только 574 приняли священнический сан, т.е. 25 %[2].

«А. Ф. Лосев рассказывал, что епископ Феодор считал П. Флоренского единственным верующим человеком в Мо­сковской духовной академии, причем перебирал остальных преподавателей и доказывал это. В начале века П. Фло­ренский считал, что церковь стала похожа на сухарь, и ее надобно перемолоть в муку, дабы напечь новые хлебы — веру и церковь живую»[3].

Итоги революции 1917 года. Но проблема заключалась не только в хлебном псевдоизобилии и развале церкви. К октябрю — ноябрю 1917 г. более 90 % уездов России бушевали в бунтах, в городах бесчинствовала уго­ловщина. После Февральской революции была произведена бездумная амнистия, и вместо жертв царизма на воли оказались тысячи уголовников. Полиция была практически полностью парализована. На улицах Петрограда происходили вооруженные столкновения. Красноречивым фактом, показывающим уровень развала России, было то, что полиция боялась заходить в некоторые кварталы Петрограда, т.е. власть не полностью контролировала даже столицу страны. Русский писатель В. Г. Короленко в сво­ем дневнике ноября 1917 г с горечью констатировал:

«Общество распадется на элемен­ты без общественной связи… Наша психология…— это орга­низм без костяка, мягкотелый и неустойчивый. Русский народ якобы религиозен, но теперь религия нигде не чувствуется»[4].

Начался парад суве­ренитетов. Объявили о своей независимости от России: Украина, Финляндия, Закавказье, Северный Кавказ, Литва, Молдавия (Валахия). Большевикам досталась полностью разрушенная страна с фактически отсутствием централизованной власти. Эту страну необходимо вновь было собирать и вести вперед к новым победам.

Исторический парадокс заключался в том, что именно интернационалисты большевики, столько говорившие о праве наций на самоопределение, сделали все возможное и невозможное, чтобы вновь сплотить Россию. А те, кто очень много рассуждал о «великой и неделимой», на деле сделали все, чтобы довести страну до полного развала. Сегодня это все забыто, но тогда это очевидное обстоятельство признавали даже «белые»:

«противобольшевистское движение силою вещей слишком связало себя с иностранными элементами и поэто­му невольно окружило большевиков известным националь­ным ореолом, по существу, чуждым его природе. Причудли­вая диалектика истории неожиданно выдвинула советскую власть с ее идеологией интернационала на роль национально­го фактора современной русской жизни, — в то время как наш национализм, оставаясь непоколебленным в принципе, потускнел и поблек на практике вследствие своих хрониче­ских альянсов с так называемыми «союзниками»»[5].

 


[1] Солоневич И. Л. Народная монархия. – М., 1999 – с. 68.

[2] Зернов Н. Русское религиозное возрождение XX века. – Париж., 1991. - с. 53

[3] Бибихин В. В. Из рассказов А. Ф. Лосева // Вопросы филосо­фии, 1991 № 10. С. 140—141, 146.

[4] Короленко В. Г. Дневники // Память. - № 2. – Париж, 1979. – с. 379.

[5] Устрялов Н. В. Национал большевизм. – М., 2003. – с. 51.

the-soviet-union

nationaldoctrine.jpg