Sidebar

Утрата духовности ведет к примитивизации души человека. За этим происходит интеллектуальная примитивизация, а затем — рост ненормальности, ведь для человека, лишенного души, неведомы понятия нравственности.

Итогом тихого, без взрывов и паники, катаклизма будет трагичен: люди как вид вымрут. То, что останется, будет псевдолюдьми, некими полуроботами-полуживотными, интересы которых ограничатся их собственным индивидуальным существованием, основой которого будет максимизация удовольствий и стремление к завоеванию социального статуса. Уже сейчас многие не видят ничего плохого в закате человечества:

«Человек — лишь один из биологических видов, такой же, как и прочие, и в длительной перспективе может уступить первенство другому виду разумных существ, и нет оснований считать, что это будет большой утратой»[1].

А многие уже с упоением пишут о новой эпохе, расхваливая новые возможности нового человекоподобного существа:

«Биологическое человечество — лишь маленькая начальная ступенька в развитии более высокой электронной цивилизации. Последняя станет основой для возникновения следующего уровня и, возможно, создания некого Высшего Разума Вселенной. Уже в 2020–2030 годах развитие электроники позволит смоделировать на компьютере 10 миллиардов нейронов человеческого мозга и переписать их связи в чипы. Человек с этого момента станет бессмертным. Он обретет электронный мозг и механическое тело, которому, по желанию человека, придадут красивое лицо, стройную фигуру и нежную кожу Мэрилин Монро или огромную физическую силу Шварценеггера. Новый электронный человек будет обладать не только слухом и зрением, он станет ощущать мир всем арсеналом современных датчиков. Обучение электронного человека, в отличие от биологического, будет занимать не годы, а секунды. Поскольку он будет представлять не что иное, как информацию, записанную в электронном мозге, то при путешествиях в Космос не нужно будет пересылать физические тела людей на космических кораблях…»[2].

Выражение «гибель человечества» не надо понимать буквально. Люди как существа не исчезнут, но станут совершенно иными. Это будут существа с упрощенным духовным миром, но хорошей работоспособностью, похожие друг на друга, покоряющие звездные пространства, питающиеся заменителями еды в виде таблеток и размножающиеся с помощью клонирования.

«В итоге все, чем гордится нынешняя западная цивилизация: научно-технический «прогресс», удлинение сроков жизни, возрастающий комфорт, благоустроенность быта — только случайный, побочный продукт рыночных межличностных отношений, здесь нет никакого цивилизационного устремления к гуманизации, одухотворению смысла общечеловеческой судьбы. И все это цивилизационно-рыночное благополучие неизбежно и скоро перейдет в фазу угасания и упадка из-за разрастания человеческого скотства, бездуховности на фоне освоения все более сложных и энергоемких промышленных технологий «освоения космоса» и т. п. В точном соответствии с пророческим сценарием фильма «Кинд-дза-дза», когда секундные перемещения в космосе на миллионы парсеков будут осуществлять цивилизационно, нравственно деградировавшие люди, разорившие и уничтожившие хищничеством биосферу не одной планеты, безжалостные, подлые по отношению друг к другу»[3].

Человекоподобное существо лишь внешне будут напоминать человека, но его внутренний духовный мир будет иным, нежели тот, который был у человека на протяжении тысячелетий. Сегодня происходит формирование какого-то нового существа, отличного от человека.

 


[1] Профессор Колорадского университета Д. Джемисон.

[2] 19.05.2000, PravdaSevera.Ru.

[3] Водолеев Г. Люди цивилизации денег. http://ari.ru/publication.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 98 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

nationaldoctrine

nationaldoctrine

Интересные статьи

Глава III. Развитие западной цивилизации

Перед тем как рассмотреть процесс формирования общественного строя, ставшего вершиной для западной цивилизации, мы кратко рассмотрим период истории, предшествующий капиталистической формации. Речь идет о средневековье. Историю развития Запада можно разделить на два периода:

Средневековье. V век — XVI век. V век (476 г.) — год крушения Западной Римской империи, т.е. закат античности. XVI век – эра великий географических открытий, (1488 г.), начало лютеровской реформации (1517 г.), и наконец первая буржуазная революция (Голландская 1566-1579 гг.)[1].

Новое время. XVI век – н. в. Буржуазные революции в Англии, Франции. Формирование и развитие капитализма. Колонизация Южной и Северной Америки, Австралии, Новой Зеландии, Африки.

 


[1] В отечественной исторической науке вслед за Марксом средние века заканчиваются в XVII веке, вслед за произошедшей английской революцией.

Этногенез Европы

Этническое происхождение европейских народов. Но, несмотря на обилие классификаций, большинство антропологов согласны с тем, что наиболее отчётливо в составе современного человечества выделяются три основные расы[1]:

  • Европеоидная.
  • Монголоидная.
  • Негроидная.

Данные расы часто называют большими расами. Более мелкие образования называют малыми расами[2]. В основном малые расы производны от больших рас, например, уральская раса (ханты, манси, алтайцы, хакасы и др.) занимает промежуточное положение между европеоидной и монголоидной расами. Малые расы, а также метисы, мулаты составляют примерно треть населения Земли.

Этногенез Европы. В состав большой европеоидной расы входит индоевропейская раса или просто индоевропейцы. Хотя в настоящее время к индоевропейцам относят по языковому признаку, 5 тысяч лет назад это была группа генетически родственных народов. Маркером индоевропейского происхождения является гаплогруппа R1a в Y-хромосоме у мужчин.

Европу населяют три основных расы, принадлежащих к индоевропейской расе: романская, германская и славянская расы[3](рис. 6).

 

Германская раса: немцы, австрийцы, англичане, шведы, норвежцы, фарерцы, датчане, голландцы, исландцы, фризы, литовцы, латыши, эльзасцы, люксембуржцы, швейцарцы, буры, австралийцы, новозеландцы, северные французы и северные итальянцы.

С наименованиями некоторых этносов большинство читателей незнакомо, поэтому сделаем краткие пояснения.

Фламандцы – этнос, живущий в Бельгии, а также, Франции, Нидерландах. Говорят на фламандском языке. Этнической основой фламандцев были германские племена франков, смешавшиеся с фризами и саксами.

Фарерцы – этнос, живущий на Фарерских островах и других областях Дании. Говорят на фарерском языке. Фарерцы – потомки скандинавов (норманнов), переселившихся на острова в IX -X вв.

Буры — в основном потомки голландских поселенцев XVII в., а также французских и немецких колонистов. Язык буров — африкаанс. Большинство буров принадлежит к голландской реформатской церкви. Проживают в ЮАР, Намибии и Зимбабве.

Фризы — этнос, живущий в Нидерландах и Германии. Говорят на фризском языке. Этнической основой были германские племена фризов.

Эльзасцы – этнос, живущий в регионе Эльзасе (Франции). Язык эльзасцев относится к алеманнской группе немецких диалектов. Этнической основой были германские племена алеманнов.

Романская раса значительно меньше, даже итальянцы и французы не полностью относятся романской расе. Итак, романская раса: португальцы, испанцы, галисийцы, южные итальянцы и южные французы.

Галисийцы — этнос, живущий в провинции Галисии (Испания). Язык гальего, родственный португальскому языку. Этнически близки к португальцам.

Славянская раса: русские, украинцы, белорусы, русины, поляки, чехи, словаки, лужичане, кашубы, болгары, македонцы, сербы, хорваты, словенцы, боснийцы, черногорцы. О славянах мы будем говорить далее, разбираю русскую цивилизацию.


[1] Подробно проблемы расоведения будут разбираться в следующем труде «Сверхдержава: национальная доктрина России».

[2] По ходу изложения малые расы мы будем называть просто «расами», а большими расы – «большими расами».

[3] Стараясь затушевать расовые различия, расовый тип определяют, исходя из поверхностных морфологических особенностей, что находит свое выражение в названии рас, связанных с лишь географическими названиями. Романская раса чаще определяется как средиземноморская или индо-средиземноморская раса, а германская как атланто-балтийская, славян относят к среднеевропейской расе, или не выделяют как самостоятельную расу вовсе. Этот подход абсолютно неверен. Европу в древности населяли не средиземноморцы или атланто-балтийцы, а германские, славянские и др. племена. Поэтому мы будем использовать более наглядные и отвечающие историческим реалиям термины «романская», «германская» и «славянская» расы. Далее по тексту термин «индоевропейская раса» мы будем употреблять по отношению индоевропейцев, населяющих Европу, хотя естественно термин индоевропейцы охватывает большие количество этносов.

Коллективизм

По-своему аксиотипу русские – коллективисты, хотя коллективизм не так глубоко укоренен в аксиотипе, как, например, на Востоке. Коллективист характеризуется тем, что отдает приоритет коллективным началам в организации общественной жизни и трудовой деятельности, «Я» определяется с точки зрения группового членства, социальная идентичность является более значимой, чем личностная, а базовыми единицами социального восприятия являются группы». Коллективисты стремятся участвовать в делах коллектива, группы оказывают сильное влияние на поведение индивидов, у них высокая мотивация одобрения коллективом и сильно развито чувство близости и коллективной идентичности.

С коллективизмом коррелирует такое качество как конформизм – процесс изменения аттитюдов, мнений, восприятий, поведения индивида в сторону согласия с группой.

«причины более высокого уровня конформности коллективис­тов связаны, во-первых, с тем, что они придают большее значение коллективным целям и больше беспокоятся о том, как их поведе­ние выглядит в глазах других и влияет на этих других, а во-вторых, с тем, что в коллективистических обществах в воспитании детей делается акцент на послушании и хорошем поведении»[1].

С отрицательной стороны конформизм ведет к приспособленчеству, пассивному принятию существующего порядка, господствующих мнений, отсутствию собственной позиции, беспринципному и некритическому следованию какому-либо образцу, модным тенденциям. В коллективистичес­ких культурах групповые нормы являются важнейшим регулятором поведения, «высоко оценивается «правильное пове­дение», «жизнь по обычаю», «как у людей», «по уставу»[2].

Но у конформизма есть и положительная сторона. Конформистское общество, может очень продуктивно развиваться, вследствие отсутствия разнонаправленных векторов движения, как у рака, лебедя и щуки. В таком обществе легко воспринимаются любые, даже тяжелые реформы, конформистское общество гораздо лучше обороняется от внешних врагов. Однако некоторые коллективисты могут и не являться конформистами. Они могут идти против коллектива, считая, что коллектив заблуждается, и что его мнение необходимо исправить.

Для членов коллективистского общества характерно искать причины возникновения конкретной ситуации во внешних силах, т.е. им присущ внешний (экстернальный) локус контроля. Внешний локус контроля влияет на определенную недисциплинированность коллективистских обществ. Коллектив как единый организм всегда выделяет определенный орган, который должен управлять всеми и вся.

Противопоставляя формы активности, доминирующие в России и США, отечественный социолог В. В. Кочетков пишет, что принятие решения в США происходит индивидуально, каждый член общества чувствует ответственность за групповые решения. В Рос­сии решение принимается авторитетом или ключевыми членами группы[3].

«На вопрос анкеты ВЦИОМ «Какие силы могли бы вывести сейчас Россию из экономического кризиса таким путем, который бы Вас устроил?» Лишь 11 % опрошенных согласились с ответом «экономически активная часть населения»»[4].

В значительной степени коллективизмом обусловлен патернализм, который выражается в надежде на государство, которое обязано решать проблемы каждого гражданина. Государственное попечительство рассматривается как «благо» и обязанность властей перед обществом (народом). В качестве идеала государственной власти российский менталитет санкционирует, в первую очередь, власть единоличную (ответственную), сильную (авторитетную) и спра­ведливую (нравственную). В силу этого в национальном сознании сложилось определенную отноше­ние к авторитету. С одной стороны, — вера в авторитет, часто наделяемый харизматическими чертами, и, соответственно, ожи­дание от него «чуда», сопровождаемое постоянной готовностью подчиняться авторитету. С другой — убеждение в том, что авто­ритет сам должен служить «общему делу», национально-государ­ственной идее. Отсюда направленность национального сознания на контроль за деятельностью авторитета через постоянное соотнесение ее с «общим делом», которое сооб­ща переживается людьми. Если авторитет осуществляет деятель­ность вразрез с этими взглядами, то его образ меркнет, и авторитета, как правило, свергают, а иногда и жестоко с ним рас­правляются.

Патернализм во многом детерминирует такое качество как долготерпение. Часто создается впечатление, что терпение русских безгранично. Сколько лишений пережила русская нация, столько не пережил ни один этнос.

«Подвиг непротивления — русский подвиг… ха­рактерно для русской религиозности юродство — при­нятие поношения от людей, посмеяние миру, вызов миру. … Самосжигание, как религиозный подвиг, — русское национальное явление, почти неведомое другим народам»[5].

Однако надо понимать, что русские не готовы терпеть все что угодно и от кого угодно. Именно терпеливые русские мужики, не потерпев оккупантов, уходили в партизаны в 1912 году. Массовое партизанское движение – было неведомо народам Европы, несмотря на присущую им высокую степень ассертивности. Казалось бы, все должно было быть иначе, во Франции партизаны, в России смиренные русские. Но в действительности все было наоборот. Почему?

Русские терпеливы по отношению к действиям государства, потому что считают его своим. Каждый человек позволяет близким людям то, что не позволил бы чужому человеку. Здесь очень важно понять, что русские понимают под государством.

Для западного человека государство – это, прежде всего, чиновник и закон. Так по данным опросов в Великобритании 69 % считают, что закон не может быть несправедлив и только 10 % считали, что парламентарии плохо работают[6]. Русские не любят как первое, так и второе, потому что для нас государство – это территория, идея и наконец государь.

«Чиновник», «бюрократ» - в лексиконе русского обывателя слова с явно выраженной негативной окраской. Общество воспринималось русскими как большая и единая семья. Неслучайно слово «государство» - однокоренное со словом «государь», то есть государство есть вотчина государя, как главы семейства. В то время как западные варианты слова государства происходят от латинского слова status (состояние): state (англ.), staat (нем.), etat (фр.), stato (ит.), estado (исп.). Отсюда проистекают западные теорий о государстве возникшего для упорядочивания естественного состояния, когда все борются друг против друга.

«В России главным действующим лицом было государство. Всё зависело от его нужд, его задач. В России государство стояло «как утес среди моря» (по выражению Ф. Броделя). Всё замыкалось на его всемогуществе, на его усиленной позиции, на его самовластии как по отношению к городам, так и по отношению к православной церкви, или к массе крестьян, или к самим боярам»[7].

Даже народное представительство возникло В России не для того, чтобы ограничить власть царя, как это было на Западе, а наоборот, усилить её. Наибольшее влияние земские соборы имели в начале XVII века, когда страна только вышла из смутного времени, вследствие чего царская власть была очень слаба.

«Вече и князь представляли собой два необходимых элемента государственной власти: князь был необхо­дим земле для управления и суда, т.е. для установле­ния внутреннего порядка и, кроме того, для защиты страны от внешних врагов; вече, в свою очередь, было необходимо князю, потому что без поддержки насе­ления с одной своей дружиной он далеко не всегда был бы в состоянии провести в жизнь намеченные им меры. Таким образом, оба эти элемента власти допол­няли, поддерживали друг друга, действовали в духе «одиначества» (единения)…Эта черта тоже отделяет Древнюю Русь от средневе­ковой Европы, где вече (парламент) сложилось как противовес княжеской (королевской) власти»[8].

Государь для российского общества символ государства. Даже восстания народа в России носили на себе отпечаток этой национальной особенности. Крестьянская война под предводительством Разина 1670-1671, Булавина 1707-1708, Пугачева 1773-1775, имели одну важную чисто русскую особенность. Эти восстания были не против существующих порядков, даже не против существующей власти, как в Европе. Восставшие были уверены, что царь не знает о творимых беспорядках на местах, или что правит не настоящий царь, а самозванец и целью восстания было восстановление в правах настоящего царя. Не допускалась даже мысль о том, что настоящий царь может быть несправедлив. То есть восстания были направлены не на исправление патриархальных принципов существования государства, а на приведение их в норму (править должен настоящий царь, а не самозванец).

«То есть россияне славились тем, чем иноземцы укоряли их: слепою, неограниченной преданностью к монаршей воле в самых ее безрассудных уклонениях от государственных и человеческих законов»[9].

Общеизвестно русское гостеприимство. Это понятие столь важно для русской культуры, что в русском языке оно обозначается несколькими словами: гостеприимство, радушие, хлебосольство... Радушие указывает, в первую очередь, на любезность и осо­бую приветливость по отношению к гостям: «У нас на Руси — прежде гостю поднеси». В слове «гостеприимство» на первом плане — готовность чело­века впустить чужого в свой дом или даже предоставить ему кров. Для гостеприимного человека его дом — не крепость, а место, куда он рад пригласить гостей. И гость для него — радость в любой ситуации: «Хоть и не богат, а гостям рад»[10]. Русские не стесняются посещать дома друзей без предварительной договоренности, а, например, у немцев это совершенно недопустимо[11].

Обязательным атрибутом коллективистского аксиотипа является открытость. Высокая степень открытости свидетельствуют о стремлении к доверительно-откровенному взаимодействию с окружающими людьми.

«В любом месте (в транспорте, на улице, в кафе, в магазине и т.д.) к вам может подойти незнакомый человек и заговорить на любую тему, без всяких барьеров и со­циальных предрассудков. Для русских мала разница между знакомыми и чужими, во всяком случае, они быстро и без ко­лебаний преодолевают этот условный барьер. В процессе обще­ния между ними не принимается во внимание сословная, со­циальная, профессиональная, возрастная дистанция. Неподго­товленный европеец может растеряться от такой непринужденной фамильярности, с неожиданными для него вопросами или от­кровенными рассказами «о жизни». Для обычного европейца все это требует предварительного, тесного и долговременного знакомства»[12].

Однако нельзя путать открытость с общительностью: общительность может как сочетаться, так и не сочетаться с открытостью. Общительность может быть поверхностной, без «разговора по душам».

Открытость теснейшем образом связана со способностью к эмпатии (сердобольность). Умение сопереживать, ставить себя на место другого, способность к эмоциональной отзывчивости развита больше в культурах с высокой степенью коллективизма. Эмпатия — это эмоциональный отклик человека на переживания других людей, проявляющийся как в сопереживании, так и в сочувст­вии. При сопереживании эмоциональный отклик человека идентичен эмоции, переживаемой другим, это возможно только при осознании чувств переживающего.

Однако открытость может нередко соседствовать с хамством. Нет психологической дистанции между людьми, а значит можно высказать все, что ты думаешь. Как говорится, «какая свадьба без драки». Такое поведение не характерно для западного национального характера, когда близко к внутреннему миру не допускается никто, при этом со всеми окружающими остаются формально вежливые и ровные отношения.

Одно из проявлений самосознания человека, наряду с самооцен­кой — субъективная для него значимость мнений и оценок окру­жающих людей. Стремление заслужить похвалу, одобрение ста­новится одним из сильнейших мотивов деятельности. Мотивация одобрением сильнее проявлена в обществе с высокой степенью выраженности коллективизма, что в полной мере относится к российскому обществу, недаром существует шутка: ««понты» дороже денег».

«В русском национальном характере мотивация одобрением преобладает над мотивацией достиженческой. Русским свойственно не стремление к дости­жению результата любой ценой, а принадлежность к ре­ферентной группе. Например, для многих русских предпринимателей принадлежность к группе «новых рус­ских» (что внешне выражается одеждой, украшениями, предпочитаемыми местами отдыха и покупок, марками автомобилей, наличием сотовых радиотелефонов) важнее количества денег, которыми они обладают»[13].

 


[1] Bond R., Smith P. B. Culture and conformity: A meta-analysis of studies using Asch's (1952b, 1956) line judgment task // Psychological Bulletin. — 1996. — Vol.119. — P.111-137.

[2] Лотман Ю. М. Избр. Статьи: В 3 т. Т.1. Статьи по семиотике и топологии культуры. – Таллинн, 1992. – с. 296.

[3] Кочетков В. В. Психология межкультурных различий: Учеб. пособие для вузов. – М., 2002. – с. 31.

[4] Экономические и социальные перемены. - 1993. № 5. - с. 48.

[5] Бердяев Н.А. Русская идея. – М., 2000. – с. 11.

[6] Бенедиктов Н. Русские святыни - М., 2003 - с.29.

[7] Бродель. Ф. Материальная цивилизация, экономика и капитализм. XV-XVIII вв. Т.З, Время мира. - М., 1992. - с. 468.

[8] Шмурло Е. Ф. История России. - М., 1999. - с. 67-68.

[9] Карамзин Н.М. История государства российского - М., 2000. - с. 211.

[10] Сергеева А. В. Русские: Стереотипы поведения, традиции, ментальность. – М., 2004. – с. 99.

[11] Кочетков В. В. Психология межкультурных различий: Учеб. пособие для вузов. – М., 2002. – с. 89.

[12] Сергеева А. В. Русские: Стереотипы поведения, традиции, ментальность. – М., 2004. – с. 95-96.

[13] Кочетков В. В. Психология межкультурных различий: Учеб. пособие для вузов. – М., 2002. – с. 90.

the-soviet-union

nationaldoctrine-foto.jpg